Шиворот-навыворот

Они поздоровались с Тамарой, как хорошие знакомые, и даже перебросились парой фраз. Камера вновь вернулась к Лиле, разговаривающей с кем-то в красной ""ауди"". С кем она беседовала, Бессараб давно знал, поэтому отмотал обратно к мотоциклу и увеличил кадр. Схватив ручку, он записал номер и тут же набрал Шестакова, на которого его технично перевел Кафтанов.

Через полчаса стало ясно, кто такие ""неуловимые мстители"". Эдуард и Жанна Никулины, соседи Пахомовской секретарши. Потом пришла информация, что брат с сестрой выехали на работу в Германию. А вот причину мести выяснить так и не удалось.

Иван, схватив телефон, принялся названивать Витьке, чтобы предупредить. Но трубку долго не брали, и бодрая механическая фройляйн что-то лопотала по-немецки.

""Пара дней ничего не решат, — подумал Иван, пряча в карман пиджака кольцо для Лили, а фотки мотоциклистов в портфель. — На месте разберемся""

Перед самым обедом Арман внезапно напустил на себя важный вид и попросил тишины. Раиса Петровна прекратила давать указания Ирине, Витька замер с вилкой в руке, а Лиля, поняв, в чем дело, собралась забраться под стол, где ее сыночек радостно возил грузовик.

— Вчера я сделал Лили предложение, и она согласилась, — радостно объявил де Анвиль присутствующим и, достав из кармана бархатный мешочек, выудил кольцо. Лиля попыталась встать из-за стола, но Арман не позволил. И сам, упав на одно колено рядом с ней, одел на палец кольцо.

— Клянусь, я самый счастливый человек, — громко провозгласил он, не сводя глаз со своей невесты. — Я обещаю тебе, мон ами, ты не пожалеешь.

Лиля почувствовала, как глаза наполняются слезами. Радости и горя одновременно. Иштван, позвав ее замуж, обещал то же самое. И она не пожалела, никогда.

Арман обнял ее и легонько поцеловал под аплодисменты Хлои и Раисы Петровны.

Снова повернувшись к столу, Лиля столкнулась с ненавидящим взглядом дочери. Она растерянно посмотрела на Свету, ощутив сильную вину. Нужно было сначала поговорить с ней, объяснить. Но Арман решил все по-своему, даже не предупредил, что собирается за обедом вручить кольцо.

Девичье лицо стало мрачным, дочка еще раз глянула на мать исподлобья и, со стуком положив вилку на стол, стремглав выскочила из комнаты.

Лиля оторопела, Арман уставился на нее в немом изумлении.

— Наверное, я сделал что-то неправильно, — повинился он перед невестой.

— Сейчас же вернись, — крикнула вслед Раиса Петровна.

Лилька подскочила, намереваясь бежать за дочерью.

— Сиди, родная, — остановил ее Пахомов. — Сами разберемся. Помолвка все-таки, перед человеком неудобно.

Он не торопясь вышел из столовой и подошел к Светкиной комнате. Попробовал войти, но дверь оказалась заперта.

— Открой, спиногрыз, — попросил тихо.

— Уходи, крестный. Все уходите. Мне никого не надо.