Шиворот-навыворот

— О чем разговор, Герт? Да за тебя любая подпишется, — ничего не поняв, заверил Пахом.

— Мне не нужна любая, Витя, — в сердцах сказал Иштван. — И…

Но договорить ему не удалось.

— Иштван, — позвал манерный женский голос.

— Я сейчас, вы пока думайте, — бросил он и зашел в квартиру.

Маман пребывала в бешенстве и от ярости теребила кухонное полотенце маленькими наманикюренными пальчиками.

— Что случилось? Ты чего такая злая? — удивился он. Вроде когда выходил, она спокойно возилась на кухне.

— Да, дружочек, я злая, — вскрикнула маман истерично. — Ты совершенно не умеешь ценить вещи, все, что достается с таким трудом, ты просто уничтожаешь. Новая куртка из ""Березки"" вся грязная, я не знаю, возьмут ли ее в химчистку. А ведь это дорогая вещь.

— Мам, у меня друзья. Что ты мне нотации читаешь? — удрученно пробормотал Иштван. А что объяснять? Не мог же поведать, что вчера они с Пахомом удирали от какого-то железнодорожника, застукавшем их, когда уже были аккуратно сняты пломбы на товарном вагоне и открыты замки. И Бумеранг отстал, крикнув: ""Я задержу"". Ага. Мужика нашли мертвым на путях среди бела дня. И сегодня к Пахому прибежал невменяемый от страха Бумеранг и заявил, что сдаст всех, если ему не помогут. Витя сначала попытался объяснить, что за групповое преступление срок увеличивается. Потом разозлился и, врезав Бумерангу в ухо для лучшего понимания, пригрозил:

— Только пикни.

И с извечным вопросом ""что делать?"" примчался к Иштвану.

— Мы не при делах. Нас там вообще не было, — решил Цагерт. А про себя добавил: ""Хорошо, что мы с Пахомом надели перчатки, улик никаких"" И теперь надо срочно придумать алиби, пока не пришли работники внутренних органов и не спросили с пристрастием.

— Хочешь уйти от ответа, — не унималась мать. — Но я и так все знаю. Ты ездил на дачу. И испачкал там куртку.

— Какую дачу? — изумился Иштван, с трудом понимая, о чем речь

— На нашу. Какую еще? Не отнекивайся, — закричала мать, и ее лицо покрылось красными пятнами. — Софья Григорьевна видела вас с Лилей вчера. Она мне позвонила и все рассказала.

— Иштван. — Она перевела дух и продолжала уже более спокойным тоном: — Лиля — не та девушка, с которой можно просто развлечься. На таких женятся. А тебе еще рано. И не хватало мне претензий от ее родителей.

— Мам, — осторожно осведомился Иштван, все еще не веря в свалившуюся удачу. — Софья Григорьевна точно нас видела?

— Конечно, она очень хорошо рассмотрела девушку и мне ее описала. Это же Лиля Агапова, верно? И тебя заметила, в новой куртке. Вы сидели на качелях под грушей и целовались, а потом пошли в дом. Она, дружочек, в этом уверена. А вот почему врешь ты?

— Не хотел компрометировать девушку, — довольно рассмеявшись, ""признался"" Иштван. Гусар и джентльмен.