Шито-крыто!

Тем не менее желтенькая бумажка с заветным номером машины исчезла.

– Как же так? – недоумевала женщина. – Куда же она… А-а-а! Вспомнила!

– Что? Что вы вспомнили?

– Нина Георгиевна ко мне вчера заходила. Спрашивала рецепт моих фирменных голубцов с томатным соусом. Ну я не стала скрывать, все ей продиктовала. И писала она на желтенькой бумажке. Ах, негодная! Мало того что голубцы мои теперь своему Ваньке тушить будет, так еще и мои записи себе присвоила! Вот ведь правильно говорят, не делай людям добра – не получишь зла!

И с этими странными словами женщина решительно устремилась к дверям.

Глава 6

Нина Георгиевна оказалась высокой жилистой старухой с большим носом и пышными усами под ним.

– Галина, дорогая! – басовито пропела она. – Какая еще желтенькая бумажка? О чем ты говоришь?

– С рецептом моих голубцов!

– Да я ее давно выкинула в мусор.

– Как?! – дружно ахнули Кира и ее проводница.

– Ну да! Я переписала рецепт, а бумажку выкинула. Дала Ване мусор и поручила ему отнести его на мусорку.

– Но там на другой стороне должен был быть номер!

– Были какие-то циферки, – невозмутимо кивнула Нина Георгиевна.

– Зачем же ты их выкинула?

– Не знаю. А что? Вам очень нужна эта бумажка?

– Нужна! – снова воскликнули Кира с Галиной хором. – Очень!

– Тогда мы можем ее поискать, – с воодушевлением произнесла Нина Георгиевна. – Вообще-то я подозреваю, что Ваня до сих пор до мусорки еще не дошел. И пакет с мусором так и стоит у него в комнате.

И осторожно пройдя к дальней двери, Нина Георгиевна засунула туда голову.

– Так и есть, – констатировала она, вновь приняв вертикальное положение. – Спит наш Ванечка. А мусор рядом стоит. Еще с утра ему поручение дала, а он до сих пор его не выполнил. Вот бездельник!

Но Кира была совершенно счастлива. Побольше бы таких славных лентяев! Честное слово, от иных лентяев больше проку, чем от самых что ни на есть инициативных граждан!

Ванечка оказался вполне упитанным усатым молодым человеком, далеко не студенческой внешности. По виду ему уже стукнуло тридцать, и стукнуло хорошо. Но когда он открыл свои мутноватые глаза, Кира увидела в них совершенно детское выражение – непосредственность и, пожалуй, даже наивность. Да и Нина Георгиевна не стала ругать своего сына или внука за медлительность. Она лишь погладила Ванечку по голове и тяжело вздохнула.

– Молодец, мальчик. Поспал? Ну теперь скоро кушать будем.

– А что? – оживился Ваня. – Что я буду кушать?

– Вареники.

– Вареники-и-и… – скривился Ваня. – Не люблю-у-у… Они с творогом! Кислые! Тетя Нина, а можно мне курочку? Я курочку очень люблю.

– Курочка у нас вчера была.

– Тогда сосиски!

– А сосиски ты утром на завтрак ел. Нельзя кушать одно и то же постоянно. Меню должно быть разнообразным.