Шипучка. Ты уже часть меня

Слава хочет, чтобы Люда смотрела только на него. Неизвестно откуда взявшееся эгоистичное желание, но оно не проходит. Горит ярким пламенем, которое не получается потушить.

– Люда, – Жуков хватает девушку за руку в холле ресторана и тянет к зоне отдыха, отгороженной от основной части помещения высокими цветами в больших белых горшках.

– Пусти, – сопротивляется Мила, но силы явно неравны.

– Да что я тебе сделал такого? – с искренним непониманием спрашивает Слава, даже не думая ее отпускать.

– Действительно! Что ты мне сделал?! – передразнивает девушка.

– Если ты о том, что случилось тогда, то…

– То что? Что?! – вскипает Мила. – Скажешь мне забыть прошлое и жить дальше? Я так и делала, пока вы с Титовым снова не нарисовались на горизонте.

– Хочешь знать, что ты мне сделал? Я думала, что это ты, ясно? В тот вечер, когда шла с каким-то типом за руку в туалет. Думала, что ты наконец заметил меня, ведь тебе нравились именно такого типа девочки, и я чуть не… – голос вздрагивает вместе с плечами девушки. Правда дается с трудом, но Мила собирается послушать подругу и высказать все, что у нее накопилось. – Я ненавижу тебя, твой образ жизни и все, что вы творили и творите до сих пор. Ненавижу то, что такие идиотки, как я, ведутся на таких придурков, как ты, а потом собирают себя по кусочкам. Ты ничего мне не сделал, во всем я сама виновата, но… Я все равно тебя ненавижу за то, что влюбилась, и жалею, что вообще встретила когда-то, – заканчивает Мила свою браваду и дергается назад, чтобы уйти, но у нее нет такой возможности.

Слава притягивает ее к себе, через сопротивление, словно дикого котенка, и на удивление самому себе, крепко обнимает. Замирают оба, пытаясь привыкнуть к этим ощущениям. Они новые и такие приятные. До странных мыслей, до дрожи где-то в районе груди.

Жуков помнит смутно тот вечер. Сам был нетрезв. Но то, что он должен присматривать за маленькой кудрявой девчонкой, знал очень четко и ясно. Она была слишком хороша для всяких пьяных козлов и попросту мала, чтобы тусить так, как привыкли Жуков и его компания. Но Люда уже была с ними. Была «своей», что ли? И, как говорится, мы в ответе за тех, кого приручили.

Правда, малышка почему-то решила изменить своему скромному образу и закосить под взрослую. Не очень у нее это получилось, но Слава решил не ломать кайф. Он просто следил, чтобы все было более-менее прилично, и не лез. Жукова отвлек телефонный звонок, и пришлось покинуть шумное помещение ненадолго, а когда он вернулся, Милы уже не было в основном зале…

– Тот урод получил свое. На нем живого места не осталось. Мне жаль, что это случилось с тобой, малыш, – Слава гладит нежные спину и плечи впервые за долгое время не для того, чтобы завести девушку, а просто потому, что хочет ее успокоить.

– Конечно.