Шипучка для Сухого

— Давай, пойдем умоешься, — Олег серьезнеет, смотрит на меня пристально, помогает подняться и в самом деле ведет умываться."

"Его большой друг куда-то исчезает, и, судя по всему, еще и прибраться успевает, потому что, вернувшись обратно, я не застаю существенного беспорядка.

Умывание пошло мне на пользу, а прекрасный внешний вид, мелькнувший в зеркале, привел в тонус.

Бррр… Красотка!

Я иду к телефону.

— Зачем? — Олег не делает попытки остановить, просто смотрит, остановившись у косяка.

— В милицию позвоню. Нападение, избиение…

— Шипучка, не надо. Их не найдут.

— Милиция не найдет?

— Никто не найдет.

8. Сейчас

— Ольга Викторовна, давайте я первый.

Мой постоянный фельдшер, Вадим, оттесняет меня в сторону и решительно шагает вперед, в темное парадное.

Я иду следом, непроизвольно морщась от вони кошачьей мочи.

Вот, вроде, должна за столько лет на скорой привыкнуть к подобному… А не привыкается.

Квартира на пятом этаже, лифта нет.

Поднимаемся в полной темноте, только Вадим впереди фонариком светит.

Дверь, старая, обшарпанная, еще с советских времен, приоткрыта. Заходим. Вони становится больше. Я вздыхаю. Типичная питерская коммуналка. Одно время мне казалось, что они исчезли, но нет, просто я место работы меняла. И в том районе, где каталась, все коммуналки уже расселили. А затем вернулась на Ваську. И вот они, родимые.

Вызов к женщине, шестьдесят пять лет, давление. Стандарт, в принципе.

К нашему приезду давление нормализовалось, женщина бодро сидит со стаканом сивухи.

Рядом бегают дети, орут, их никто не останавливает.

Меряю давление, даю рекомендации насчет употребления спиртного.

Вадим молча пишет.

Пустой вызов.

Как и процентов семьдесят на смене.

Кроме пациентки, в комнате еще две женщины, из соседней комнаты слышны мужские пьяные голоса.

Женщина, судя по всему, хочет в больницу, но показаний для госпитализации нет, о чем я и говорю.

Тут же получаю порцию ругани, встаю, под угрозы жаловаться и крики про «Гиппократу давала» иду к двери.

Вадим топает следом. Его почему-то не матерят. Боятся, наверно, он — парень серьезный.

Прохожу мимо кухни, обращаю внимание, что на самом краю плиты стоят на огне две кастрюли с кипящим варевом. Дети с визгом носятся в опасной близости от кипятка.

— Уберите детей от плиты, пожалуйста, — не удерживаюсь я, — заденут, обварятся…

— Да не твое дело, сука! — орет мне подозрительно быстро пришедшая в себя пациентка.

Я молча выхожу в парадную.

Иду к машине, пиликает телефон.

Игорь.

«Ты на смене? Давай потом подхвачу, поужинаем».

Не отвечаю.

Игорь работает в банке, у него нормированный рабочий день, без сверхурочных, хорошая квартира в центре и дорогая машина. Он вообще неплохой. Вот только это не черта характера.