Шевалье

— Почему ты так решил? — поинтересовался Вернон, как-то нехорошо поглядывая в сторону двери.

— Потому, что местному епископу очень не понравилось, то, как мы поставили под сомнение его власть в этом городе. И начали грозить его именем, — покачал головой Роберт, и затем снова отхлебнул из своей кружки, — Само собой, он очень заинтересовался теми, кто занимался такими вещами.

Мда уж, дерьмово. Вот только войны с орденом нам сейчас и не хватало. Да и какой войны, по большому то счёту? Они одним ударом могут раздавить нас, словно букашек. Что могут противопоставить пятнадцать наёмных мечей, восьми десяткам опытных бойцов ордена? Ответ очевиден: ничего. Зараза. Терпеть не могу чувствовать себя беспомощным.

— Будем надеяться, они смогут договориться, — я уставился в собственную полупустую тарелку, пытаясь подобрать нужные слова, — В противном случае нам придётся отбивать его силой.

— Это верная смерть, — Вернон криво ухмыльнулся, — Не думаю, что у нас есть хоть какие-то шансы провернуть такую авантюру.

— В первый раз что-ли, — хмыкнул я, отодвигая пустую тарелку в сторону, — В конце-концов мы уже не раз сталкивались с таким врагом, который на первый взгляд казался непобедимым.

— В прошлый раз нам стоило это половины отряда, — возразил лекарь, — Да и вторую половину я потом едва поставил на ноги. Тебя, кстати, тоже. Как бы этот раз не стал для нас последним.

— Так, — Тур ударил кулаком по столу так, что наши кружки подпрыгнули, — Мы тут собрались чтобы давить кислую мину? Или чтобы нормально отдохнуть и выпить? Вот и давайте, мать вашу, отдыхать. Загрузить себя всяким дерьмом мы ещё успеем.

— Да я и так уже загружен им по уши, честно говоря, — я приложился к кружке и впервые пожалел, что в ней была вода, а не пиво или даже вино. Хотелось хоть на секундочку оторваться от этой дерьмовой реальности. Иронично. Люди платят большие деньги, чтобы попасть сюда, а меня уже настолько тошнит от этого мира, что я готов отдать что угодно, чтобы свалить отсюда. Особенно от проблем, которых с каждым днём становилось всё больше, — Это роди, там разберись, тут разрули, этих разними, тех построй. А ещё эти сраные политические разборки, в которые нас втянули, и которые рано или поздно нас всех в труху перемелят… Заманало уже всё, сил нет. Я долго держался, но, после того, как у нас в этом городе вообще всё, что можно, пошло наперекосяк, похоже… Не знаю. Не хочу говорить «сломался» но другого слова просто не подобрать.

— О-о-о… — задумчиво протянул Роберт, — Да тут у нас и впрямь проблема серьёзная. Тур, это по твоей части.

— Ну… Я, конечно, и половины того, что он сказал, не понял, — почесал бороду здоровяк, — Но да, ты прав. Это по моей части.