Шевалье

— Ох мать… — едва слышно прошептал один из сопровождавших меня стражников.

— Смотри на башню, — крикнул воторой, — Он ведь и правда, спутался с колдунами!

Рядом с Ансельмом появилась другая фигура. Это был рослый мужчина, в кольчуге и вендельском шлеме. Он встал на самом краю бастиона и молча уставился вниз, на площадь. Туда, где лежали несколько десятков тел погибших крестьян. Впрочем, длилось это недолго. Внезапно, трупы зашевелились. А затем дёрганными. Рваными, словно у паралитиков, движениями начали подниматься с земли. Кардинал неуверенно попятился назад, за спины своих рыцарей. Двое телохранителей напротив, сделали два шага вперёд и обнажили клинки.

Рубившие дверь орденцы развернулись и тоже приготовились к бою. Нежить превосходила их числом почти в два раза. Но и у них оставались свои козыри в рукаве. Латы, топоры и тяжелые двуручные клевцы, которыми очень удобно дробить незащищённые черепа. Впрочем, эта битва меня уже мало заботила. Нужно было добраться до кардинала, пока эти засранцы отвлеклись на поднятые трупы.

— Так, давайте за…

Я обернулся и обнаружил, что остался один. Стражники, при виде того, как колдун защищавший бастион, поднимает нежить, побросали оружие и бросились прочь, не разбирая дороги. Дьявол. Ну ничего, и без них обойдемся.

Я рванулся в проулок, на несколько мгновений потеряв из виду начинающуюся схватку, а затем выскочил на площадь уже позади дома. Колдун на башне, похоже, мыслил схожим со мной образом. Основная масса нежити навалилась на двух бедолаг, пытавшихся прикрыть кардинала. А остатки лишь отвлекали тех бойцов, которые собрались у подножия надвратной башни, не давая им прийти на помощь своему предводителю. Сам же святоша, трясясь от ужаса пятился назад. Он явно не ожидал такого поворота событий.

— Хер тебе, — прорычал я, срываясь на бег, — Теперь уже не уйдешь."

"Он тоже побежал. Путаясь в рясе, оступаясь и то и дело оглядываясь назад. В крови забурлил азарт, перемешанный с адреналином. Открылось второе дыхание. Расстояние между нами было большим, но оно стремительно сокращалось.

Старик кряхтел, стонал, тяжело и громко дышал, но сдаваться тоже не собирался. Он бежал прямо по улице, к площади перед цитаделью, туда, где располагалась его церковь. Туда, откуда ему навстречу двигалась странная процессия. Четверо кметов вооруженных вилами и факелами кого-то вели. Пленника. С мешком на голове и связанными за спиной руками. Даже не вели, а скорее волокли, на верёвке, связывавшей его руки.

— Ваше святейшество мы поймали! — крикнул святоше один из горожан, когда тот чуть было не влетел в него.

— С дороге болван! — заорал на него святоша, а затем встал как вкопанный. Я тоже замедлился. По спине пробежал неприятный холодок.