Шесть принцев для мисс Недотроги

В его пальцах был зажат обыкновенный прозрачный кувшин с плотно пригнанной крышкой. Жидкость, масляно плескавшаяся внутри него, словно состояла из мириада едва касавшихся друг друга капель. Иногда какая-то из них взлетала, чтобы тут же опасть вниз и затеряться среди других.

- Фиксирующее вторую ипостась зелье, - ровно произнес мужчина, - создано из элементов какого-то Хаоса. Насыщено концентрированной магией сидхэ и ментальной энергией. Все, как и обещал нам Трельяк.

Поверить уже раз предавшему союзнику было непросто, но Баррага рискнул и пока все шло по плану. Психолог, вытащивший информацию о волшебном настое из памяти свихнувшегося кота, уверял, что другого шанса не будет. И вампиру пришлось рискнуть. Его задачей было незаметно привести Владимира в Холм, а тот в ответ детально описал место, где должно было находиться искомое снадобье.

Остальное было делом техники. Без сна и отдыха, несколько дней Баррага проверял одно помещение за другим в поисках комнаты, похожей на искомую. Очень помогли окна дворцов, в которые было достаточно просто заглянуть. Но окончательно решил дело его личный опыт анализа помещений, в которых предстояло работать наемнику. В итоге он нашел пять тайных комнат, включая нужную.

- А еще р-раз сможешь попасть в Холм? – спросил один из праотцов, приближая желтое сухое лицо.

- Меня вела свежая кровь уехавшего туда кузнечика, причем отданная по своей воле. Чтобы это повторить, учитывая как к нам относятся в Холмах, нужна серьезная подготовка.

Ни для кого из праотцов не было секретом, что их уничтожали. Как целую расу. Планомерно. Целеустремленно. Неотвратимо.

Сидхэ не испытывали к своим неудачным детям ни ненависти, ни жалости. Но помогать тем, кто не подчинялся флеру и не определялся на псионическом уровне высшие господа не желали."

"Поэтому они просто возвращали всех, кто обрел локус на вампиров и мог породить новых. Холм помогал слуа переродиться и навечно отставлял в своих стенах без права выхода.

Новые вампиры стали редкостью. Старые – теряли силы и желание жить.

Пока одна из Секторальных колоний не задержала высшего лорда, проявившего нужный локус. Они полегли почти все, но не позволили ему вернуться в Рубин.

- Как самочувствие бесценного Первого? – с глубоким уважением и восторгом спросил Баррага у молчаливого Кокона.

Огромный, повешенный в самом углу мешок был недвижим и безмолвен долгие годы. Для нормальной трансформации ему, остановившемуся между вампирской и фейри формами, не хватало живительной магии Холма. Но все же он не умирал, завис на тончайшей грани, в бесконечной безумной надежде.

- Не будем терять время, - сказал Баррага, - мы не знаем сроков хранения этого зелья на территории без магии. Я взял на себя смелость приготовить все для инъекции.

- Пр-равильно.