Шерстяная «сказка» (СИ)

(Не подумайте, что дело обошлось одним днём, просто я тут опускаю второстепенные подробности в духе: «И снова наступило утро».) Да, в качестве мастерской для работы я заняла свою бывшую каморку на первом этаже.

Рози меня пока больше не беспокоила. Кажется, снохе самой даже перед собой стало неловко за совершённую глупость. А вот Ральф, как человек творческий, живо интересовался моими рукодельными изысканиями и периодически забегал посмотреть, как движется процесс.

Наконец, всё было готово к последнему этапу – непосредственно плетению пледа.

Чтобы было понятно, лум – это такая длинная обработанная от зазубрин деревянная палка с равноудалёнными отверстиями по всей протяжённости. В них вставляются колышки с дырочками у основания для нити, которая будет скреплять ровницу в единое полотно.

Далее в отверстия продевается крепкая нить, равная двойной длине будущего изделия. Её кончики соединяются и сматываются в маленькие клубочки, чтобы не путаться между собой.

Ну и всё, можно начинать: между колышками, поочерёдно огибая каждый, прокладывается ровница – слева направо и обратно, пока не закончится место. Колышки вынимаются, нить протягивается, всё возвращается на свои места. И так, пока не закончится шерсть.

Единственное, там в ролике, где я увидела эту технику, мастерица потом простёгивала полотно поверх тканью и получалось одеяло.* Дело в том, что такая «нить» не очень надёжная на разрыв. А мне-то хотелось, чтобы это был именно разноцветный плед. Потому я всё-таки немного скручивала ровницу для большей прочности и практичности.

В завершение бортики обработали шерстяной же тканью коричневого цвета, и, вуаля, подарок для Мариэль был готов.

Ну что сказать… Не знаю, сколько этот шедевр прослужит своей маленькой хозяйке, но получилось просто фантастически красиво.

У брата буквально глаза засверкали, когда я продемонстрировала ему результат наших с

Кристи трудов. И стоило мне только заикнуться, как Ральф без всяких сожалений согласился расстаться с одним из своих творений и приложить к сюрпризу рукотворную ветку сакуры. По цветовой гамме она подходила сюда больше всего.

На этой позитивной ноте я и перешла с большой осторожностью к теме того, чтобы уговорить его одарить цветком не только Мариэль, но и мадам Кларисс. А то знаете, это я так про себя решила взять и попытаться обнародовать увлечение брата и сделать его почётным.

Ральф-то, как раз, к подобной публичности по-прежнему не стремился. И не дай бог мне было в лоб объявить ему о своих истинных намерениях, он бы однозначно воспротивился.

Тем не менее, убедить брата вынуть свои цветы из тёмного шкафа, где ими некому любоваться и дать хотя бы каким-то из них достойную «жизнь» мне удалось.