Неизвестные приключения Шерлока Холмса

На ее бледном лице не было ни тени страха, только взгляд наполнился яростью и злобой, когда она увидела нас в противоположном конце просторной комнаты.

– Кто вы такие? – прошипела она. – Что вам здесь нужно?

– Пять минут вашего времени, мадам фон Ламмерайн, – негромко ответил Холмс.

– Ах, так вам даже известно мое имя! Значит, вы не просто случайные грабители. Что же в таком случае вы ищете? Мне любопытно будет это узнать, прежде чем я подниму на ноги весь дом.

Холмс указал на ее левую руку.

– Я здесь для того, чтобы изучить эти документы, – сказал он, – и должен предупредить, что я твердо намерен это сделать. Уверяю вас, будет лучше не поднимать из-за этого лишнего шума.

Она мгновенно спрятала руку за спину, бросив на нас еще один горящий гневом взгляд.

– Негодяй! – воскликнула она. – Теперь мне все ясно! Святейшая госпожа герцогиня опустилась до того, чтобы нанять взломщика.

Потом она вдруг резко подалась вперед, выставив лампу перед собой, и стала еще пристальнее вглядываться в моего друга. Я заметил, как выражение злобы на ее лице сменилось на недоумение. А затем в ее глазах уже можно было прочитать не совсем обычное сочетание радостного самодовольства и угрозы.

– Сам мистер Шерлок Холмс! – выдохнула она.

В манерах Холмса была заметна некоторая подавленность, когда он отвернулся, чтобы зажечь свечи на позолоченной поверхности журнального столика.

– Я предвидел вероятность, что буду вами узнан, мадам, – сказал он.

– Отсидите лет пять! – воскликнула она, сверкнув белозубой улыбкой.

– Вполне возможно. Но дайте мне хотя бы этот срок заслужить. Покажите документы!

– Неужели вы думаете, что добьетесь чего-то, похитив их? Я сделала с них копии, и к тому же десятки свидетелей подтвердят их содержание, – рассмеялась она от души. – А я-то считала вас умным человеком! И кого вижу перед собой? Дурака, растяпу и заурядного вора.

– Это скоро станет ясно. – Холмс протянул руку, и она с кривой усмешкой и легким пожатием плеч отдала ему бумаги.

– Прошу вас, Уотсон, – сказал мой друг чуть слышно, подходя к журнальному столику, – проследите, чтобы у мадам фон Ламмерайн не было пока доступа к шнурку звонка для вызова прислуги.

При свете свечей он сначала прочитал документы, потом стал внимательно изучать их на просвет, и его четкий худощавый профиль черным силуэтом выделялся на фоне подсвеченных пожелтевших страниц. Потом он посмотрел на меня, и мое сердце заныло, когда я увидел досаду на его лице.

– Водяные знаки на бумаге английские, Уотсон, – спокойно сообщил он. – Но бумага такого типа и качества пятьдесят лет назад поставлялась во Францию в огромных количествах, и потому это нам ничего не дает. Увы, я начинаю опасаться худшего.

И я знал, что беспокоит его не собственная дальнейшая судьба.