Шерлок Холмс и крест короля

Возница погнал лошадь из Уайтчепела на Хаундсдитч-стрит, а оттуда в Хай-Холборн. По дороге он останавливался на стоянках кебов, будто бы ожидая новых седоков. Мы добрались до конечного пункта своего маршрута без малого в половине пятого, когда на туманных улицах уже зажглись фонари. Минут десять я наблюдал за прохожими, неспешно идущими мимо нарядных зеркальных витрин, и вдруг заметил человека, который шагал быстрее и целеустремленнее остальных. Голову его покрывала широкополая богемная шляпа, а на воротнике черного пальто виднелась полоска каракуля. И все же я не мог быть уверен, что мы наконец-то нашли того, за кем охотились. Как справедливо сказал Холмс, по Лондону разгуливают тысячи людей примерно одного роста в одинаковых пальто и шляпах.

Человек, привлекший мое внимание, собрался переходить дорогу и взглянул на наш кеб, желая убедиться, что путь свободен. Я смотрел на его лицо каких-нибудь десять секунд, и этого оказалось вполне достаточно. Твердый взгляд, клювоподобный нос, опасный румянец на скулах — это был именно тот портрет, который запечатлелся в моей памяти со вчерашнего вечера. На другой стороне улицы Художник повернулся к нам спиной и, прошагав по тротуару несколько ярдов, вошел в ярко освещенный магазин. На бордовой деревянной вывеске сияли медные буквы, и, прежде чем обратиться к сержанту Уайли, я прочитал: «Э. М. Рейлли и К°. Ружья и винтовки».

Мои спутники получили предписание держаться от объекта на безопасном расстоянии, поскольку он мог иметь при себе оружие. Я не знал наверняка, есть ли револьверы у сержанта Уайли и констебля Паркса, но, как правило, даже на подобные неординарные задания полицейские отправлялись безоружными. Так или иначе, Шерлок Холмс велел нам не арестовывать Пяткова немедленно. На свободе преступник был нам более полезен, так как мог вывести нас на след других участников заговора.

Уайли и Паркс тихо вышли из кеба, порознь пересекли улицу и с двух сторон приблизились к человеку, которого я им указал. На этом мое участие в операции закончилось: я не должен был попадаться на глаза анархисту, чтобы не быть узнанным. Крайне раздосадованный, я направился на Сент-Джеймс-сквер в свой клуб «Армия и флот», где и отужинал в одиночестве.

Зимой смеркалось рано. Сквозь затуманенные окна обеденного зала смутно виднелись размытые силуэты прохожих, напоминавшие облака. В половине десятого я сел в обычный кеб, и он отвез меня на Бейкер-стрит. Едва я просунул ключ в замочную скважину дома 221-6, в холодном прокопченном воздухе десятикратно раздался звон колокола церкви Святой Марии на Йорк-стрит. Горничная зажгла газ, за каминной решеткой уже уютно потрескивал огонь, но Шерлока Холмса дома не было. Он снова ужинал у брата.