Шерхан

 — Лера всегда считала, что возле неё должен быть сильный человек, умеющий отвечать за свои поступки, нести ответственность за свои слова. Она была уверена, что однажды встретит такого человека. Встретила. И поняла, что бесстыдно слаба рядом со своим идеалом.

— Не очень понимаю, о чем ты говоришь.

— Конечно, — грустно улыбается, смотрит мимо меня. — Не помню, кто автор, но смысл вроде такой: отпусти-не держи, если твое, оно вернется, если нет — оно твоим никогда и не было. Я не особо верила в любовь, но, наверное, глядя на вас — поверю.

Я смотрю на Вику, а затылком чувствую, как начинает покалывать, как становится тепло, это тепло струйкой устремляется вниз по позвоночнику, а затем по всем нервным окончания. Медленно поворачиваю голову, вижу через кованные ворота, как распахивается входная дверь, как быстро сбегает девушка по ступенькам, бежит в нашу сторону.

Меня выносит из машины быстрее, чем возможно, не бегу, но иду быстро, однако Лера, увидев меня в свете фонаря, замирает, останавливаюсь и я. Мы медленно сокращаем между нами расстояние, осторожно, словно шли по тонкому льду, где каждый шаг был решающим. Устоим или провалимся?

Замираем друг перед другом. Жадно ее разглядываю, отмечаю, как сильно похудела, волосы отрасли, в остальном все такая же: милая, родная, любимая. Я борюсь с жгучим желанием ее обнять, прижать к груди, услышать, как бьется ее сердце, ощутить ее прикосновения, ее поцелуй, ее дыхание. Мне её не хватало, так сильно, что удивительно, что ещё живу-дышу. Хотя нет, я больше существовал, решал проблемы, наводил порядок в своей жизни, чтобы на чистом листке ничего из прошлого не перенеслось. Кроме неё.

— Привет! — первый не выдерживаю нашего молчания, не разрыва зрительного контакта. Лера склоняет голову набок, смотрит пристально, замечаю, что в зеленых глазах нет никаких эмоций от встречи, ни радости, ни недовольства. Но и равнодушной не выглядела. Она просто присматривалась ко мне, осторожно щупала меня глазами, я даже чувствовал её прикосновения к своей коже и трепетал от этого внимания, внешне оставаясь беспристрастным, равнодушным.

— Привет. Спасибо, что подвез Вику, — заглядывает мне за спину, я оборачиваюсь, возле машины смущенно стоит сестрица Леры. Вика без каких-либо пояснений идет к нам, открывает рот для речи, но Лера качает головой. Я не понимаю, что происходит, но младшая сестра тяжело вздыхает, идет в дом. Старшая все еще стоит рядом со мною, вселяя в меня какую-то надежду на более откровенный разговор, хотя ни место, ни настроение не располагало к раскрытию души.

В фильмах, в книгах мы бы давно уже обнимались, целовались, клялись в вечной любви, обещая рай на Земле. В реальности мы смотрим друг на друга, пряча свои эмоции, ничего не говорили. Чужие родные.

— Рад тебя увидеть.