Шепот за окном

С того самого момента, когда я открыл джейков Пакет для Особых Вещей, мой организм молотил на одном адреналине, и теперь, оказавшись здесь, я и понятия не имел, что, черт побери, скажу Джорджу Сондерсу, или даже что в принципе собираюсь предпринять.

В памяти опять промелькнул образ моего отца вчера вечером. Нанесенные ему раны. Он был крепким, способным постоять за себя человеком, и все же тот, кто на него напал, достаточно легко его одолел. Отец не был вооружен, и, судя по всему, его застали врасплох, но все равно… От меня-то какой будет толк?

Этот момент я как следует не обдумал.

Я ожидал, что откроется она на цепочку, не позволяя даже полностью разглядеть Сондерса – может, он разве что робко высунет из-за нее нос. Но он распахнул ее во всю ширь и совершенно уверенно, и, увидев его, я даже отпрянул. Внешность у него оказалась по всем меркам абсолютно заурядная, и хотя я предполагал, что ему должно уже быть около тридцати, выглядел он значительно моложе. Было в нем что-то мягкое, чуть ли не детское. Не думаю, что когда-нибудь видел кого-то, столь же безобидного на вид.

– Джордж Сондерс? – спросил я.

Он сонно кивнул, а потом потуже закутался в белый купальный халат. Его черные волосы были всклокочены и неухожены, а выражение лица говорило о том, что он буквально только что проснулся и одновременно изумлен и слегка раздражен появлением незваного гостя.

– Вы работаете в школе «Роуз-террас», так?

Он присмотрелся ко мне.

– Мой сын в нее ходит. По-моему, вы можете у него преподавать.

– О!.. Вообще-то нет, я не преподаю. Я просто воспитатель.

– Третий класс. Джейк Кеннеди.

– Точно… Ну да, по-моему, он из моего класса… То есть, я хотел сказать, это вам надо с его учительницей поговорить. – Он нахмурился, но больше от сонного недоумения, чем от подозрительности, словно эта мысль только что пришла ему в голову. – И, конечно же, там, в школе. Как вы вообще раздобыли мой адрес?

– Вообще-то это не насчет учебы, – сказал я.

– А насчет чего тогда?

Сондерс непонимающе помотал головой.

– О боже! – Он выглядел совершенно искренне пораженным. – Я так сожалею… А когда это?..

Но я также обратил внимание, что Сондерс использует настоящее время, и начал сомневаться в своих недавних подозрениях. Свидетельство, которое привело меня сюда, было не толще листка бумаги, и во плоти Сондерс выглядел как человек, кто не обидит и мухи. Даже просто не сможет обидеть. И новость о похищении Джейка его вроде совершенно искренне удивила – стоящий передо мной был явно выбит из колеи.

Я вытянул руку с рисунком бабочки.

– Это вы ему нарисовали?

Сондерс присмотрелся.

– Нет. Никогда этого раньше не видел.

– Так, выходит, это не вы?

Он сделал шажок назад.