Шелковая тень любви (СИ)

Да, вот теперь, Романа можно было бы назвать «Молот» и никак иначе…

– Она сказала, что ничья, – пробормотал Горин в ответ.

– Да? А ты сам своими выпученными шарами не видел, что с ней был я?! За свое свинское поведение ты мне теперь должен. Слышишь меня?

– Слышу, – кивнул Горин.

– Счет озвучу позже и он будет не маленький! – предупредил Молотов.

– Да разве она того стоит?! – решил возразить Горин.

– Мое самолюбие стоит! – отрезал Молотов, сделав акцент на слово «мое», – Пошел вон, пока я охрану не позвал, – уже спокойно добавил Роман, поправляя лацканы своего пиджака. Горин молча вышел из библиотеки.

Рита сидела на полу и не шевелилась. Она была в ужасе от того, что произошло, но не в меньшем ужасе и от того, каким может быть Молотов, если вывести его из себя.

– Ну, ты как? – присев рядом, спросил Роман.

– Ты извини, он урод просто. А ты тоже дурочка, нашла что сказать, одна она, видите ли. Ты всем с гордостью должна говорить, что ты моя.

– Но я не твоя, – поспешила возразить Рита.

– А вот так говорить здесь нельзя, – погрозил ей пальцем Роман, – Здесь ты моя. Вот раз сказала глупость, теперь сидишь с разбитой губой и в драном платье. Фу, какая ты сейчас некрасивая, – разговаривал с Ритой Молотов, словно ее IQ равен единице.

– У вас тут какие-то дикие законы. Вы тут вообще в курсе, что двадцать первый век на дворе, а девяностые закончились?!

– Ну, для Горина например, понятия девяностых незыблемы и в наше время, но что поделать, приходится общаться и с такими. А вообще тут несколько свои законы. Здесь, кто успешнее, богаче, тот и прав. Понимаешь?!

– И что ты здесь самый богатый?

– Ну почему же?! Нет! Так было бы не интересно! Скажем так, побогаче, чем семьдесят процентов присутствующих гостей, не считая их спутниц, разумеется. Так что, тут несколько другой мир, привыкай, глупыш ты мой, – умиленно, произнес Молотов и вытер ее губу своим платком.

– Что ты со мной как с дурой разговариваешь?

– Не как с дурой, а как с дурочкой. Ты же еще дурочка малолетняя, ничерта не понимаешь. Иди умойся.

– Я сама знаю, что мне и когда делать! – заметно злилась Рита, поскольку такого отношения к себе никогда не встречала.

– Знает она! Полюбуйтесь! Если бы знала, сейчас бы на полу с разбитым лицом не сидела. А если бы он тебя трахнул? – не подбирая выражения, спросил Молотов.

– Я бы умерла, наверное…, от омерзения, – честно ответила Рита.

– Да нет, умереть-то ты бы не умерла, конечно, но в сознании всех здесь находящихся ты стала бы очередной шалавой, которую могут трахать все, кому не лень, а желающие бы нашлись, не переживай. А такая мне не нужна, я хочу иметь эксклюзив.

– Ты в своем уме? У меня Влад есть, и ты это прекрасно знаешь!

– Что он может тебе дать? Я же готов бросить мир к твоим ногам.