Наследница в алых шелках

– Ваша камеристка Дженни едет с вами?

– Я попросила ее помочь миссис Инграм в магазине, и она согласилась. Полагаю, что смогу нанять камеристку в гостинице. Мистер Реднор порекомендовал мне отель «Ле мёрис». Вы знаете это место?

– Вас там все устроит. Завтра я пришлю вам названия еще нескольких гостиниц. Мы с Чейзом ездили туда прошлой осенью, я вам напишу, как найти кое-какие магазины, которые вам, возможно, захочется посетить, и дам рекомендательные письма к друзьям, если вам понадобится помощь. Когда вы уезжаете?

– Так скоро? Вы достаточно пришли в себя после случившегося вчера?..

– Я из-за этого не переживаю. Однако там было сказано много такого, что повергло меня в изумление. Сказано не Филиппом, а другими. О нашем… благодетеле. Возможно, вы сможете мне объяснить сказанное. Если это, конечно, не тайна.

На лице Минервы осталась лишь скупая, какая-то отстраненная улыбка.

– Насколько позволит моя совесть, попытаюсь. Он упал с парапета в своем загородном доме. Это объявили несчастным случаем.

– Однако кое-кто из родственников так не думает. Например, леди Долорес.

– Они верят, что с ним расправились?

Розамунда громко сглотнула.

– А кто-то думает, что это я сделала? Что из-за наследства я могла…

Розамунда спустилась по лестнице и проводила Минерву до дверей. Потом вернулась в магазин, чтобы помочь миссис Инграм. Как только у нее выдавалась минутка отдыха, она вновь и вновь прокручивала в голове разговор с Минервой. Ее новая подруга решительно закончила разговор, прежде чем она смогла задать очередной вопрос о смерти покойного герцога.

Розамунда понятия не имела, что сказала девушка, которую управляющий отелем прислал ей в качестве горничной.

– Оно… красиво, – неуверенно, с запинкой произнесла Маргарита по-английски.

Она звучала так, как, по мнению Розамунды, звучала она сама, пытаясь произнести что-то по-французски.

Маргарита продолжала распаковывать дорожные сундуки. Это, наверное, займет какое-то время. Розамунда, никогда раньше не выезжавшая за границу, послушалась совета Минервы и в конечном итоге взяла с собой все свои новые наряды, а также множество старых.

Она вернулась в спальню. Хотя и небольшая, комната казалась ей роскошной. Длинные высокие окна пропускали много света, а изящно украшенный лепниной высокий потолок создавал ощущение богатства.

А еще спальня была хороша тем, что к ней примыкала гостиная. Более того, в гостиной был выход на небольшую террасу, обращенную к расположенному на другой стороне улицы парку.

Она вышла на террасу, чтобы полюбоваться видом. Люди прогуливались там так же, как и в лондонских парках.

– Это сады Тюильри. Туда ходят на людей посмотреть и себя показать.

Она обернулась и увидела, что на соседнюю террасу вышел Кевин Реднор.