Шелест (СИ)

— Они всего лишь не пришли ночевать, это пока ещё ни о чём не говорит. Завтра…

— Сестра не входила в круг общения боярышни, мало того, они не ладили. Если это не те, кто торгует волколаками, как шапками на базаре, тогда я испанский лётчик, — перебил её я.

— Кто ты? — вздёрнула бровь учитель фехтования.

— Не важно. Эльвира Анатольевна, не могли бы вы рассказать мне всё, что знаете о ритуале превращения в оборотня.

Ситуация конечно из ряда вон, и я сейчас на взводе, хотя стараюсь держать себя в руках и мыслить трезво. Вот уж чем делу не поможешь, так это бестолковыми метаниями, угрозами и уничтожением мебели, хотя и очень хочется. Но взгляд сам собой зацепился за высокую грудь Рябовой, встретившей меня дома в запахнутом халате. Его полы самую малость разошлись, явив взору простую белую сорочку. Открыто не больше чем в декольте платья, но до чего же притягательно.

— Проходите, Пётр Анисимович, — уловив мой взгляд и запахивая халат под горло, пригласила она.

Тут ещё нужно понять, кто из нас больше смутился. Она, привлёкшая внимание ученика, вовсе не своим положением учителя. Или я, который на какое-то время даже позабыл, зачем сюда пришёл.

— Откровенно говоря, мне не так много известно, — наливая из графина стакан воды, начала говорить она. — К уже рассказанному могу добавить только то, что ритуал вроде бы проводился в полнолуние. Возможно, эти предположения возникли из-за того, что обращение оборотня происходит в полную луну.

Рябова не стала меня убеждать в ошибочности моего вывода, и сразу отнеслась к моему визиту серьёзно.

— И скорее всего имеют под собой основание. Княжну пытались похитить за четыре дня до полнолуния, как и в этом случае, — заметил я.

— Возможно вы и правы.

— Вам известно ещё что-то, Эльвира Анатольевна?

— Нет, это всё. Но я могу предположить, что соответствующие записи могут быть в «Повестях временных лет». Правда, доступ к ним ограниченный, и вас точно не пустят даже на порог библиотеки архиерея.

— Книги хранятся там?

— Конечно там.

— И какой век мне нужен?

— Одиннадцатый-двенадцатый. Но вам туда не попасть.

— Это мои трудности.

— Вас ведь не остановить, Пётр Анисимович?

— Разве только убить. И не советую запирать меня в карцер, потому что тогда я убью того кто меня туда определит. Если не попытаюсь спасти сестру, буду жалеть до конца своих дней. Лучше уж сдохнуть, чем жить зная, что просто принял это.

— В таком случае учтите ещё один момент. Вам придётся иметь дело с одарёнными. Минимум двоими. Один из них сильный, и второй его помощник, выполняющий грязную работу, с которым мы и столкнулись. Сомневаюсь, что обладая таким секретом, этот урод не озаботился усилением своего дара.