Шелест 4 (СИ)

— Уснёшь тут. То Ваня концерт закатил, тебя требовал, — пожаловалась она на сына.

Ага. Было такое дело. Я его сильно избаловал своим обществом. Стараюсь проводить с ним как можно больше времени. Поэтому на моё отсутствие у него порой реакция бывает довольно бурной, а Мария так же стремится побольше выделять времени на сына. Вот делать ей нечего, и без того такой воз тянет, что я как подумаю, так вздрогну, и начинаю искать варианты слинять.

— А кто кроме Вани? Случилось чего? — спросил я.

— Токсикоз случился, — вздохнула она."

"Упс. Магия-шмагия, ерунда это всё. Потому как никакая Сила не может избавить баб от вот такой банальщины. Отчего-то Эфир или ЕИПЗ, как его не назови, это болезнью не считает. Вот поставить мать на ноги после того как родит, это пожалуйста, но так чтобы безболезненно избавиться от бремени, шалишь, ну и сопутствующие радости. Мне остаётся только виновато отводить глазки, ну или вот как сейчас притянуть жену к себе, пристроить головку на груди, и погладить по распущенным волосам. А что я ещё-то могу? Ненавижу вот такое бессилие.

— А в остальном как? — чтобы отвлечь супругу, поинтересовался я.

— Николая уже не корёжит при упоминании реформ. Ещё несколько лет, и дожмём, чтобы не особо болело. Хорошо хоть бриты имеются, есть на кого кивать в качестве примера.

Вообще-то Мария веса как такового не имеет. Да, её опасаются, и с позиции силы с ней говорить дураков нет. Причём не только в России, но и за её пределами. Проигравшие в недавней войне, после демонстрации возможностей азовских полков на турках, быстренько позабыли о реваншистских настроениях. Во всяком случае, пока.

Зато на внутриполитической арене она пока никто и звать её никак. Даже Азовское княжество официально ещё не признано. Хотя де факто мы уже настолько крепко стоим на ногах, что турки в нашу сторону даже не дышат. Впрочем, Марию это устраивает. Она предпочитает находиться над схваткой, поддерживает личное общение с Николаем, понемногу вкладывая в его голову нужные мысли, ну и с его молодой супругой наводит мосты.

Что же до всей этой мышиной возни с интригами и противоборством партий, то она с лёгкостью сбросила их на батюшку, внезапно оказавшегося лидером императорской партии. Грешно было бы не воспользоваться мощной силовой поддержкой дочери. Она и не отказывала. Разумеется, моя супруга ничего не забыла, но тут её интересы полностью совпадали с отцовскими, вот и дули в одну дуду.

Что же до меня… Ну её эту политику. Нет, подсказать чего, как тот попугай из кустов, в песне Владимира Высоцкого, это я завсегда. Но напрягаться… Мне по прежнему проще в морду кому зарядить. Вот как сегодня. Кстати.

— А что турки? Не думают ещё мириться?

— Ты что? Стоит Мустафе только заикнутся о мире, и его без соли сожрут.