Шелест 4 (СИ)

Бог весть, как я это прочитал по её выражению лица и позе, но руку даю на отсечение, что ничуть не ошибся. А ещё, до меня вдруг дошло, что я был лебединой песней княжны. Во всяком случае, она сейчас в это искренне верит.

Впрочем, жизнь не закончилась, Елена Митрофановна по-прежнему красива, моложава и желанна. Учитывая же её высокий ранг до дряхлости ей ещё ой как далеко. Так что, всё ещё может статься в её жизни. И лично я в это верю и от чистого сердца желаю этой женщине счастья.

Мы стояли перед крыльцом Успенского собора, где должна была пройти коронация. День выдался ясным, солнечным и тёплым. Ни облачка на небе, ни единого порыва холодного ветра, хотя и стоит середина октября. Никакой жары, солнце не припекает, а скорее уж ласкает, и в лёгком кафтане я чувствовал себя вполне комфортно. Московское бабье лето, как оно есть.

— Ваша светлость, у меня есть к вам небольшая просьба, — когда с приветствиями было покончено, обратился я к Голицыной.

— Слушаю вас, — ответила она мне, следуя моему приглашающему жесту, и отходя в сторонку.

— Вы уже имели беседу с его величеством по поводу плац-парада?

Пусть коронации ещё и не было, Николая Петровича с момента смерти его отца именовали императором. Государство не может оставаться без главы, из-за пока не состоявшейся церемонии."

"— Да, он говорил со мной и полковниками Гагариным и Левашовым, упредив, чтобы мы с дуру не начали сражение перед плац-парадом на Красной площади. Сказал, что это будет ошеломляющий сюрприз, и мне, признаться, до зуда интересно, что такого он придумал. Оказывается, это связано с тобой, Петенька.

— Елена Митрофановна…

— Брось, нас никто не слышит. Рассказывай, что ты удумал? — отмахнулась она.

— Судя по всему, удумал не я, а государь. Мы хотим продемонстрировать поддержку его величества, великой княгиней Долгоруковой. Для чего с помощью порталов выведем на Красную площадь первый батальон Дикопольского полка, в полной выкладке, при артиллерии.

— Ох Николаша-Николаша, что же такое творится в твоей голове. А мы-то гадаем, отчего нам приказано оставить место на левом фланге, ничего не предпринимать и оставаться на месте до особого распоряжения. И голову сломали, какой из полков удостоится чести именоваться гвардейским. А тут вот что. Но идея хорошая. И я бы даже сказала, своевременная. Одно дело слышать о ваших возможностях, и совсем другое увидеть воочию. И хорошо, что ты подстраховался, Петя. Не знай я этого, и непременно отдала бы приказ на атаку. Пойду предупрежу господ полковников, чтобы с дуру не устроили баталию.

Она кивнула мне, и направилась на розыски командиров Семёновского и Преображенского полков.