Шелест 2 (СИ)

Шли ходко, выдерживая скорость в полсотни вёрст в час. При этом не переходя на шаг, лишь делая остановки, чтобы я мог напитать Силой узоры лошадей. Для меня это сущая безделица при моём-то вместилище в семьсот люм и восстановлении по шестьдесят люм в час. Затраты же на восстановление животных всего-то тридцать шесть, да я этого даже не замечу. А ведь есть ещё и полторы тысячи в амулетах.

Вообще-то, не панацея, и вечно подпитывать узоры не получится. В какой-то момент животные всё же сдадутся. Хотя тут я могу использовать плетение «Восстановления». Но тогда уж привал как минимум на час, потому как лошадок нужно будет накормить, напоить и дать роздых, а иначе они падут несмотря ни на какую магию. Не машины же, в самом-то деле.

Через пять часов бешеной скачки мы уже обходили Москву с юго-запада, упорно выдерживая направление по маяку. К слову, я так и не почувствовал, чтобы расстояние хоть сколько-нибудь уменьшилось. Ч-чёрт! Обязательно надо будет поломать голову над определением дистанции, а то жутко неудобно получается. Совершенно непонятно сокращаем мы разрыв или нет.

Впрочем, у меня в любом случае имеется преимущество. Похитителям неизвестно плетение «Восстановления» и они вынуждены будут сделать остановку как минимум на четыре часа. А если гонят лошадок как я, то и на все восемь. Хотя, если идут одвуконь, то поменьше. Одни догадки.

На постоялом дворе, я велел хозяину раздобыть ведро молока, за которое пообещал заплатить втрое. Вновь напитал узоры Силой, только лошадкам это не больно-то помогло, потому как они дошли почти до предела. Нет, если человек велит, то они выложатся без остатка, но я не готов принять такую жертву.

Причина вовсе не в жалости к животным, хотя и это есть. В первую очередь потому что других взять неоткуда. На станции имелись три верховые лошади, но они похуже моих и получить их можно только по предъявлении подорожной. Я же путешествую частным порядком.

Не прошло и получаса, как принесли затребованное мною молоко. Я разделил его на три ведра, после чего разбавил кипячёной тёплой водой и добавил сахар. И лишь после этого применил к лошадям плетение «Восстановления». Они с жадностью приникли к вёдрам, опустошив их чуть не на одном дыхании. Далее пришёл черед распаренного и охлаждённого мною овса. Так оно быстрее и легче усвоится. Ну и в качестве завершающего штриха одуряюще пахнущее разнотравьем сено."

"Позаботившись о лошадях, я оказал внимание Хрусту и Зиме. Ну и о себе не забыл, после чего мы дружно навалились на обильный ужин, сметая всё, что подали нам на стол. А было там изрядно, и мясо, и сыр, и наваристый бульон, и каравай хлеба. Всё ушло как в паровозную топку.