За тридцать тирских шекелей

Ювелир жадно рассматривал линии, каллиграфические буквы с завитушками, подписи…

– Гм… Выглядит действительно солидно… И подписи, похоже, в порядке…

– Я рассказал вам историю ее происхождения. Думаю, если вы не захотите самостоятельно искать клад, вы всегда сможете продать эту карту на торгах…

– Ладно, жди здесь! – сказал ювелир. – Сесилио!

Из мастерской вышел Сесилио.

– Ждите оба здесь! – сказал Фредо Морано и ушёл в соседнюю комнату.

Через несколько минут он вернулся. Брезентового передника на нём уже не было, а в руках он держал увесистый замшевый мешочек.

– Здесь десять золотых монет! – он бросил тяжело звякнувший мешочек на стол. – Показывай карту, объясняй, что там где!

– Здесь всё понятно, – ответил Джузеппе, пряча мешочек с монетами за пазуху. Тяжесть полученного из воздуха золота распирала его радостью. – Вот, смотрите…

Он повел пальцем на карте.

– Это карстовые пещеры на мысе Монте-Пеллегрино. Что означают пометки Роджера Челлини, я не знаю. Похоже, вот здесь, где крестик, в средней из трёх пещер, и спрятан клад – в нише, в глубине пещеры, в южной стене. Возможно, он завален камнями. Но вам придется разбираться на месте. И идущая от чистой души молитва вам в этом поможет!

– Дай сюда! – выхватил Морано карту.

– Только вы уж меня, пожалуйста, не обманите, сеньор Морано: как найдёте клад, сразу мне долю мою отдайте!

– Разумеется! Какой может быть обман?! Иди уже, иди!

– До свидания, сеньор Морано!

Вернувшись домой, Джузеппе принялся делать новую карту. Только теперь он изобразил схему Большого каньона Кассибиле, где сам был всего лишь один раз, и поставил крестик наугад.

Спустя несколько дней ему удалось продать эту карту заезжему ростовщику из соседнего Каккамо, с которым познакомился через свою двоюродную сестру – ростовщик имел на неё виды. В общем, жизнь стала налаживаться.

* * *Посещение ювелирной лавки натолкнуло Джузеппе на новую мысль: он стал делать «чудесные» амулеты из «камня философов»[4], способные, якобы, открывать владельцу тайные знания, изменять судьбу, приносить счастье и уберегать от потерь. Невежественная публика, которой Джузеппе продавал эти амулеты, не задавалась вопросом, почему они так похожи на обычное зелёное стекло на шнурке. А образованным, или более-менее просвещённым, он и не предлагал свои поделки. К тому же вспомнились приемы игры в кости, которые ему в детстве показывал Донато. Итальянцы – народ азартный и в пылу игры забывают обо всем на свете. Тут-то и можно выбросить кость с измененным центром тяжести… Словом, Джузеппе стал понемногу зарабатывать, давая матери деньги на хозяйство и откладывая часть в свою собственную кассу.

Но построенная на обмане размеренная жизнь длилась недолго.