Шефы тоже плачут

Съёмки, на которых меня нет и быть не может. Мой телефон молчит - я даже проверяю, не села ли батарея, хотя он заряжался всю ночь. Вот и всё.

Орловскому нет никакого дела ни до меня, ни до того, где я, с кем я и что вообще со мной происходит. И до моего участия в шоу ему тоже нет никакого дела. Наверняка придумал, как извернуться, чтобы пройти до конца и выиграть эти чёртовы «Законы».

Этот день заканчивается тоже ровно - я что-то делаю, куда-то иду, говорю с Маринкой по скайпу. Даже не помню о чём. Кажется, она снова жалуется мне на своего босса, а я киваю в ответ, успокаиваю её. А у самой внутри пустота.

Настойчиво барабанить в дверь начинают ближе к шести утра на следующий день. Эту ночь я провожу возле телевизора - по одному из каналов, как назло, по сотому кругу - «Законы вкуса», третий сезон. В экран пялюсь, не особо понимая, что на нём происходит. И постоянно в голове один вопрос: «Что будет в финальной серии Вкусов?». Хоть и открещиваюсь от него, но он так или иначе настойчиво бьётся в висках.

- Иду я, иду! - кричу в сторону входной двери, надеясь на то, что это кто-нибудь, кто ошибся квартирой. Потому что на пороге не может стоять Орловский, который нашёл меня здесь, вызнав у Маринки, где я спряталась. Или организаторы шоу - их тоже не жду.

- Рита, - выдыхает моя утренняя гостья, когда я всё же распахиваю дверь, и я вторю кратко-удивлённым:

- Тётя Таня…

Это действительно она - мать Орловского. Беспокойно пробегает по моему лицу взглядом, и, убедившись, что я жива и здорова, решительно отодвигает меня в сторону и входит в квартиру Маринки.

- Как вы узнали, что я здесь? - это первый глупый вопрос, который я задаю. На смену ему приходит второй: - А где Андрей?

Тётя Таня качает головой, скидывает туфли и проходит в кухню. Вот так, безо всякого приглашения, потому что знает: последнее, что я сделаю - попрошу её на выход.

- Мне Марина сказала, - наконец прерывает она молчание. - Я решила, что тебе звонить смысла нет, набрала её.

- Она улетела отдыхать.

- Я в курсе.

Тётя Таня садится за стол в кухне, смотрит на меня изучающе, а в глазах такие усталость и тревога, что мне становится не по себе окончательно.

- Что случилось, Рита? - уточняет она, и это выбивает из колеи окончательно.

Мне даже не хочется уточнить у кого. Или спросить, что она имеет ввиду - всё ведь понятно и так. И ещё ясно, что тётя Таня совершенно не понимает, что же произошло, и почему всё у нас с Орловским окончилось так, как окончилось.

- Ничего не случилось, - отвечаю относительно ровным тоном, не глядя на маму Андрея. Как будто взглянуть на неё - означает проиграть самой себе. - Просто мне нужно было побыть одной.

- Побыла?

- Что?

- Ну, ты побыла одна?

- Нет. Мне нужно ещё.