12 шедевров эротики

Дю Руа фамильярно взял молодую девушку, которая осталась возле него, под руку и своим ласкающим голосом сказал:

— Слушайте, дорогая деточка, считаете ли вы меня своим другом?

— О, да, Милый друг.

— Вы доверяете мне вполне?

— Помните ли вы, о чем я недавно вам говорил?

— По поводу вашего брака, или, вернее, по поводу человека, за которого вы выйдете замуж.

— Так вот, обещайте мне одну вещь.

— Хорошо; но что именно?

— Обещайте советоваться со мной каждый раз, когда кто-нибудь будет просить вашей руки, и не давать никому согласия, не выслушав моего мнения.

— Хорошо, я согласна.

— Это должно остаться между нами. Ни слова об этом ни вашему отцу, ни вашей матери.

Вбежал Риваль с деловым видом:

— Мадмуазель, ваш отец зовет вас танцевать.

— Идемте, Милый друг.

Но он отказался, так как решил сейчас же уехать. Ему хотелось остаться одному, чтобы подумать. Слишком много нового ворвалось в его душу, он стал искать свою жену. Вскоре он нашел ее в буфете, — она пила шоколад с двумя незнакомыми мужчинами. Она им представила мужа, но не назвала их.

Через несколько минут он спросил:

Она взяла его под руку, и они пошли через комнаты, в которых публика уже поредела.

— А где же хозяйка? Я хотела бы попрощаться с ней.

— Не стоит. Она будет нас уговаривать остаться на бал, а мне все это уже надоело.

Всю дорогу они молчали. Но, лишь только они вошли в спальню, Мадлена сказала ему, улыбаясь, даже не сняв еще вуали:

— Знаешь, у меня есть для тебя сюрприз.

Он сердито проворчал:

— Не намерен ломать себе голову.

— Ну, так вот! Послезавтра первое января.

— Это время новогодних подарков.

— Вот тебе подарок. Ларош мне только что его передал.

Она протянула ему маленькую черную коробочку, похожую на футляр для драгоценностей.

Он равнодушно открыл ее и увидел орден Почетного легиона.

Он слегка побледнел, потом улыбнулся и объявил:

— Я предпочел бы десять миллионов. Это ему не дорого стоит.

Она ждала, что он очень обрадуется, и его холодность рассердила ее.

— Ты, право, стал невозможен. Ничто теперь не удовлетворяет тебя.

Он ответил спокойно:

— Этот человек мне платит только свой долг. И он еще много мне должен.

Удивленная его тоном, она возразила:

— А ведь это недурно в твоем возрасте.

— Все относительно. Я мог бы теперь иметь больше.

Он взял футляр, положил его на камин раскрытым и несколько минут созерцал лежавшую в нем блестящую звезду. Потом закрыл его, пожав плечами, и лег в постель.

Действительно, в «Officiel» от 1 января было напечатано, что журналист Проспер-Жорж Дю Руа получил за свои выдающиеся заслуги звание кавалера Почетного легиона.

Его фамилия была написана раздельно, в два слова, и это доставило ему больше удовольствия, чем сам орден.