Воронка второго шанса

Но каждое утро неведомо откуда брались силы, она чувствовала себя бодрой и отдохнувшей. И отчего-то глядя в проницательные серые глаза у Леры не хватало духу соврать про самочувствие. Да еще эта картина освещенного горящими клинками тела, будь она неладна… Рельефное, поджарое, смертоносное. Всякий раз, когда она всплывала перед глазами — от нее бросало одновременно в жар, и в холод.

Каждое утро Лера выходила в горницу и начинала делать разминку. Нужно было как можно быстрее подчинить себе собственное тело, чтобы оно выдерживало возрастающую нагрузку. С каждым днем ее упорство приносило плоды — получалось все лучше и лучше. Лере нравилась вернувшаяся послушность тела: шпагаты, растяжки, прогибы. Возможность без напряга поднять ногу к голове, кружась на носке. Шутки ради девушка даже как-то встала на голову, расхохотавшись от потрясенного вида волхва.

Заметив, что Лера мерзнет, хранитель усилил растопку печи. В доме было более чем тепло, хотя Драгомир ворчал, что тропики не заказывал. Но приказ перестать устраивать жару отчего-то не отдавал. Возможно, заметил, что девушке удобнее заниматься по утрам в коротких шортах и майке. Или ему в глубине души нравилось, что она делает это именно в таком виде? Первые несколько раз он следил за ее разминкой, но потом начал выходить из дома под любым благовидным предлогом.

Что с ним творилось, он и сам не понимал. Вернее — сваливал все на банальную физиологию. Когда перед тобой так эротично прогибается молодое упругое тело — невозможно оставаться равнодушным. Упругая попка в коротких шортах, высокая грудь, отчетливо обрисовывающаяся при наклонах…

— Ты это нарочно? — рыкнул Драгомир в один из первых дней ее занятий.

— Что именно? — девушка повернулась и посмотрела с такой недоуменной беззащитностью, что у него не хватило духу ляпнуть нечто пошлое.

«Игра. Это все лишь игра», — повторял он сам себе, седлая коня, — «она плоть от плоти своего мира. Такая же испорченная, как и все ее поколение».

Волхв ждал, когда же Лера закончит строить из себя девочку-ромашку и перейдет к активному флирту: томное придыхание, якобы случайные касания, начнет тереться о него, пока едут верхом. Должно же ей стать скучно, наконец! Не удивился бы, даже если пробралась к нему в постель среди ночи.

Но, к его вящему удивлению, ничего подобного не происходило. Лера с радостью взлетала к нему в руки, устраивалась поудобнее и затихала. Доверчиво прижимаясь, но без какого-либо похотливого подтекста. Чаще всего просто засыпала под мерную конскую поступь.

Драгомир начал ловить себя на том, что в пути, раз за разом втягивал воздух над ее головой. Удивительно, но ее аромат напоминал запах летнего, нагретого солнцем луга. Теплый, уютный, обволакивающий.