Еще один шанс

 – И для этого я к ней бабу свою послал.

– Вот-вот. Я ей так и сказал, – рассмеялся казак.

В общем, история вышла забавная и поучительная. Настя же, узнав о том, что подумала Рада, долго фыркала рассерженной кошкой и даже порывалась сбегать за косы её потаскать. Мишка жену едва успокоил. Вспоминая всё это, он продолжал катать проволоку, когда в дом ввалилась женская часть его семейства. Мокрые, но румяные и довольные.

– Ну и где вас носило? – грозно выгнул Мишка бровь, снимая рукавицы.

– А к реке ходили. Да по торгу прошлись, – улыбнулась тётка, быстро снимая с ребёнка уличную полость – что-то вроде кожаного конверта. Мишка сшил его, когда услышал, что Настя регулярно выносит сына на улицу, после чего вынуждена долго сушить все детские одеяла. Дожди тут начинались внезапно и бывали очень сильными. Так что такой конверт оказался серьёзным подспорьем. Малыш уже вовсю садился и регулярно пытался встать на ножки, чем радовал и умилял всё семейство.

– И чего купили? – поинтересовался Мишка, вопросительно покосившись на сумки, которые тётка и Настя скинули на лавку у двери.

Судя по всему, тара была не пустой.

– Да так, по мелочи всякого, – отмахнулась Глафира. – А ты чем тут занят? А натопил-то! Дышать нечем. Как в бане.

– Проволоку для украшений катаю, – пояснил Мишка, демонстрируя им уже готовый продукт.

– Ты хоть поел? – спросила тётка, укоризненно посмотрев на парня.

– Некогда было. Да и чего это я стану сам по чугункам лазить? Или в доме хозяйки нет? – поддел он её.

– Ой, я сейчас, Мишенька, – тут же засуетилась Настя.

– Не спеши, торопыжка, – рассмеялся он, перехватывая жену на пути к печи. – Я ещё не закончил. Посиди пока. Вот доделаю, тогда и подашь.

Тётка отправилась переодевать и укладывать мальчика, а Настя с Танюшкой, раздевшись, чинно уселись в сторонке и принялись наблюдать, как Мишка катает проволоку. Ещё через час, когда весь расплавленный металл был использован, парень свернул своё производство и отправился мыться. Поужинав, он снова занялся проволокой. Теперь её предстояло тянуть на латунной плите латунным же утюгом.

Сложнее всего в этом процессе было прикладывать равномерное усилие на каждый проход, чтобы проволока получалась ровная, одной толщины. Глядя на него, Настя только головой качала. Закончив с одним куском, Мишка устало потянулся и, обняв жену, тихо спросил:

– Ты чего носом крутишь?

– Да если б я знала, что ради серёг ты столько труда тратишь, ни в жизнь бы не заикнулась о них и Танюшке бы запретила.

– Брось. Это пока так. Потом я сюда машину какую-нибудь приспособлю.

– Вот когда приспособишь, тогда и станешь делать, – решительно возразила жена.

– А до того вы у меня будете как оборванки ходить? – поддел её Мишка. – Нет уж, милая. Не бывать тому.