Еще один шанс

Кузнец, заметив его удивление, с усмешкой проворчал:

– Правильно, что не стал сразу железо лить. У меди температура меньше, вот она и выдержала. Я так понял, ты хочешь себе клеймо стальное сделать?

– Его, – кивнул Мишка, откладывая матрицу в сторону.

– Тогда проверяй форму, а я ещё меди расплавлю. На ней штамп лить станем.

С этими словами он подхватил получившуюся форму щипцами и опустил в корыто с водой. Выждав пару минут, Мишка достал её и, отойдя к окну, принялся всматриваться в рисунок.

– Твою ж в дивизию! Получилось! – ликовал он, пытаясь сохранить невозмутимый вид.

Кузнец и вправду оказался настоящим мастером, залив форму так, что на ней не было ни одного изъяна. Ни воздушных пустот, ни каверн, а рисунок отпечатался так, словно Мишка сам его гравировал. Тем временем Елисей, сунув чашу в горн, отобрал у него форму и принялся покрывать её воском. Ещё тёплая форма топила его, облегчая работу. Закончив, кузнец снова затолкал форму в трубку и поставил на наковальню.

Дальше операция повторилась. Дождавшись, когда металл слегка остынет, Елисей опустил трубку в корыто с водой и, дав ей остынуть, принялся разбирать.

– Проверяй, – скомандовал он, сунув в руки парню уже медную матрицу.

Внимательно осмотрев рисунок, Мишка только головой покачал. Кузнец действительно был мастером литья. Довольно усмехнувшись, Елисей протянул ему кусок воска и принялся загружать в плавильную чашу куски железа. На этот раз ждать пришлось гораздо дольше, но дело того стоило. Потом последовал ещё один этап правильного литья, и спустя четыре часа Мишка с довольной физиономией держал в руках настоящее стальное клеймо.

– Калить станешь? – с довольным видом оглаживая бороду, спросил кузнец.

– Да. Не до стали, конечно, но подкалить надо, – решительно кивнул парень.

– Это правильно, – одобрил кузнец, отбирая у него штамп.

Спустя ещё полтора часа он выложил на наковальню кусок обычного железа и, протянув Мишке молоток, скомандовал:

– Проверяй."

"Кивнув, парень прижал клеймо к железу и, примерившись, от души шарахнул по нему молотком. Отложив молоток, он с замиранием сердца поднял штамп и едва не испустил привычный по старой жизни вопль. На железе, во всей своей свирепости, красовалась оскаленная медвежья морда в профиль. Осмотрев, ощупав и едва не обнюхав штамп, Мишка не удержался и, повернувшись к кузнецу, вздохнул:

– Ну, Елисей Кузьмич, ты и вправду мастер. Вот уж не ожидал, что всё так легко получится.

– А чего ему не получиться? – пожал кузнец широченными плечами. – Это ж не клинок ковать. Да и на стали ты его ставить не будешь.

– С чего ты так решил? – заинтересовался Мишка.

– Клеймо большое. На ружейный ствол такое не поставишь.