Еще один шанс

Мишка открыл калитку и жестом пригласил полицейского пройти во двор."

"Приведя его в сарай, парень ткнул пальцем в бочки с горючим и канистры. Внимательно оглядев разложенные на верстаке инструменты и невольно оценив порядок в помещении, майор откашлялся и, качнувшись с пятки на носок, тихо сказал:

– У купца Кособородова двух людей убили и факторию его сожгли. Он на тебя указывает.

– Он всегда на меня указывает, – фыркнул Мишка.

– Там гайку обгорелую от железнодорожных шпал нашли. А ты в депо регулярно бываешь.

– Тех гаек по посёлку можно мешок набрать, – отмахнулся парень. – А в депо меня, его молитвами, больше не пускают. Так что и тут мимо.

– Может, поможешь с этим делом разобраться? – еле слышно спросил майор. – Ты парень наблюдательный, смотреть умеешь.

– Нет, ваше благородие. Ради этого упыря я пальцем не шевельну. Пусть того ищет, кого сам обманул, – ответил Мишка, припомнив хохму из своего прошлого, – главное, в процессе расследования не выйти на самих себя, – и на всякий случай добавил: – Чем ему хуже, тем мне лучше. Авось быстрее отстанет.

– Не отстанет он, – скривился майор. – Ему дело расширять надо. За полгода у него убытков получилось больше, нежели доходов. Как сглазил кто. Вот он и решил заставить тебя ему новые золотоносные места найти и показать. А ты упёрся. Да ещё и почтения к нему никакого не являешь.

– А я мироедов никогда не почитал, – так же тихо отозвался парень.

Вздохнув, майор поправил фуражку и, развернувшись, вышел из сарая. Решительным шагом выйдя со двора, он, не оглядываясь на купца, сделал своим подчинённым знак и зашагал в сторону торга. Закрыв за ним калитку, Мишка проводил всю процессию взглядом и, сплюнув, вернулся к делу. Уже вечером, за ужином, он рассказал тётке всё, что услышал от майора, и, вздохнув, закончил:

– Так что придётся нам переезжать, мама Глаша. Не даст этот упырь нам тут жизни.

– Как скажешь, Мишенька, – тяжело вздохнула Глафира.

– Да не переживай ты так. Не на другой край земли едем, – успокоил её парень. – Всего-то тридцать вёрст отсюда. И Марфу я не брошу. Как помогал, так и помогать буду.

– Спаси тебя Христос, сынок, – закивала тётка, явно обрадовавшись.

– Ты пойми, мама Глаша. В станице нам проще станет. Там и торг свой, и лавок не меньше. Да ещё и на тракте станица стоит. И река под боком. Перегоню туда вельбот с лодкой. По первотропу сани переправлю, и станем жить спокойно. Атаман говорил, дом там большой. А тут мы скоро уже боками толкаться начнём. А самое главное, не достанет он меня там. Пойми, мама Глаша. Не смогу я долго этого терпеть. Бедой всё кончится.

– Ох, сынок, не кликай, – всполошилась женщина.

– Да не кликаю я, а правду говорю. Я сейчас-то как эту рожу вижу, так рука сама к оружию тянется. Ишь, удумал.