Еще один шанс

 – Он тут до пенсии сидеть станет.

– Значит, надо сделать так, чтоб сменили, – хищно усмехнулся Мишка.

– Ты чего задумал, душегуб? – растерянно охнул урядник.

– Да бог с тобой, дядя Николай, – рассмеялся Мишка. – Ты лучше внимательно меня послушай и сделай, как говорю. А там, глядишь, и его не станет, и ты место сохранишь.

– Говори, – помолчав, настороженно кивнул толстяк.

– У вас проверки часто бывают? – вдруг спросил Мишка.

– Раньше редко были, а теперь раз в три месяца наезжают, – вздохнул урядник.

– Вот и хорошо, – зло рассмеялся парень. – С этого дня пусть майор на каждое своё распоряжение тебе бумагу пишет. А ты те бумажки в отдельную папочку складывай. А станет спрашивать зачем, честно отвечай, мол, для проверок всяких. Чтобы всегда можно было начальству показать, что он тут делом занимается. А уж что из того получилось, дело десятое.

– И что получится? – не понял урядник.

– А ты сам подумай, – фыркнул Мишка. – Он же трезвым и не бывает вообще. Понапишет тебе всякого спьяну, а потом эту бумажку начальство увидит. Ну, а с тебя какой спрос? У тебя приказ письменный есть. Ты уж пытался по своему разумению его ошибки исправить, но против приказа не попрёшь.

– Ох, хитёр, – покрутил урядник головой. – Прям иезуит. Это ж надо додуматься…

– Это я ещё и не начинал толком, Николай Аристархович. А ежели он вдруг потребует меня в проводники, скажешь, что со службы я ушёл. Жалованье половинное оружейника меня не устраивает. Дело я полностью делал, да ещё и проводником был. И всё за копейки. А теперь проводника можно только по отдельному договору нанять и деньги придётся вперёд платить.

– И сколько возьмёшь? – мрачно поинтересовался урядник.

– Пять рублей на ассигнации в сутки, – отрезал Мишка.

– Бога побойся! – ахнул толстяк. – Мужики по полтиннику в сутки берут, да ещё и благодарят.

– Вот пусть мужиков и нанимает, – усмехнулся парень. – Он же лучшего хочет? А лучшее всегда стоит дорого. А спросит, с чего цена такая, ответь, что мол, убытки у меня сильные. Дела поправить надо. Он поймёт.

– А если зло затаит? И, чего хуже, мстить вздумает? – помолчав, ответил толстяк.

– Совсем из деревни уйду. И сразу говорю, дядя Николай. Не присылай своих людей, если хоронить их не хочешь. В холодную я больше не сяду.

Последнюю фразу Мишка произнёс так, что урядник невольно вздрогнул.

– На тебя же тогда настоящую охоту устроят, – угрюмо выдохнул он.

– Ну, пусть попробуют, – презрительно скривился парень. – Сильно удивлены будут."

"– Думаешь, сможешь с солдатами воевать? – не унимался урядник.

– Они с хунхузами толком справиться не могут, а уж с таким лесовиком, как я… Нет, дядя Николай. Мне только казаки серьёзные противники. Да и то не все.