Шанс для шута

– Пользуюсь, – спокойно проговорил Сумрак, выразительно кивая на некоторые листы, с распечатанными графиками и столбиками данных. – Просто только тогда, когда мне не хватает собственных ресурсов. Если всякий раз прибегать к помощи искусственного разума, то и свой потерять недолго. Так даже таблицу умножения забыть можно. Уже молчу про высшую математику. Недавно проводили своим тестирование, захотелось проломить их тупые головы этими самыми машинами!

– Надеюсь, приняли меры, – машинально придержав дверь, дождался приятеля феникс.

– Разумеется, – холодно усмехнулся Хельжин, но почти сразу это выражение улетучилось, уступая место веселому ехидству. – Кстати, дорогой мой начальник, я наслышан о твоих подвигах в стенах Академии! Хочу поздравить! Личность ты у нас настолько легендарная, что о тебе стихи и песни уже слагают!

В ответ на недоуменный взгляд «прославленного начальства» лепрекон только гнусно хихикнул, откашлялся и продекламировал:

Мастер Пытка, Вы для нас —Любимейший наставник!Вы в посредственных студентахБудите таланты!Раз во двор среди студентовВы сквозь портал явились —Три взлетели, пять зарылись,Десять – испарились…Нервный тик, в коленях дрожь,Прыгает давление…Вот как радует всех насВаше появление!Лель даже остановился, прислушиваясь к народному творчеству.

– Надо полагать, что это сага о твоем первом пришествии! – радостно поведал Хельжин.

– И кто автор дивных строк? – мягко спросил Мастер.

– И не мечтай! – гордо вскинул голову остроухий провокатор. – Страна не сдает своих героев!

– Кажется, в оригинале эта пословица звучит несколько иначе, – хмыкнул бывший шут, возобновляя движение, и бросил косой, искрящийся весельем взгляд на Аспида.

– Боюсь, если страна в твоем лице будет знать… то герою долго не прожить!

– Ну что ты, – мурлыкнул Мастер Пытка. – Я же не зверь! Так… скажу спасибо за бессмертные строки, даже благодарность вынесу.

– Посмертно?

– Вовсе нет.

– Ясно, планируются моральные издевательства, – расхохотался аналитик. – Извини, но нет, дорогой мой друг! Ведь поэт в отличие от своих строк далеко не бессмертен!

– Не больно-то и хотелось! – откровенно солгал Лельер и снова поспешил на уже давно не любимую, но по-прежнему интересную работу.

К сожалению, «мешочки», особенно с частичными повреждениями, в негигиеничной камере имеют риск подцепить что-то неприятное… и испортиться. А это было бы нецелесообразно.

Лестница, влажный воздух, темные каменные коридоры.

– Почему его поместили сюда? Сдохнет скоро, – недоуменно оглядывался Мастер, перекладывая сумку из одной руки в другую.

По пути мужчины зашли в кабинет Лельера за его «волшебным чемоданчиком» с инструментами.

– Третья стадия, – ровно отозвался Аспид.

Ага… запугивательная.