Шанс для рода Шустовых. Том 2

Затем отдал флакончик с моей кровью и медальон. Чешуйку горного змея паршивец нацепил на шею, а флакончик положил в карман штанов. Переполнявшая меня злость нашла выход, и я зарычал.

Отойдя на приличное от меня расстояние и встав так, что между нами оказался Корсаков, парень выпрямился, прикрыл глаза и замер. Кажется, он меня боялся.

Движения я узнал сразу. Восемь кусков парчи. Корсаков знал, что нужно делать. Это говорило о том, что его шпионы многое смогли разузнать. Видимо долго следили за отцом. Я сомневался, что выследили меня.

Тем временем парень закончил круг противотворения и принялся творить.

Я услышал звон хрусталя, но практически не видел нитей.

Вдруг вокруг парня возник кокон. Не такой плотный, к какому я привык, но все же. Как ему это удалось? Или Корсаков дал разрешение на проведение ритуала в своем месте силы?

Синие жгуты, стягивающие реальность я разглядел. Было сложно, но все же заметно. Я чувствовал, что сейчас над парнем бушуют силы, сдержать которые способен лишь кокон. Стоит этому дурню открыть брешь и сюда хлынет такой поток… сможет ли его бледный кокон удержать их? Или я слишком высокого мнения о себе и своих способностях? Может запас прочности есть и у парнишки?

Движения закончились, и черноволосый адепт плавно достал пузырек с моей кровью и плеснул ее в воздух.

Капли застыли, свернувшись в шарики. Все точно так же, как и в моем случае. Я понял, что с замиранием сердца ожидаю продолжения. Но на всякий случай я приготовился создать и свой кокон. Конечно же только вокруг себя. Что будет с бугаем и самим Корсаковым, мне было плевать.

Капли взорвались, наполнив кокон розовым туманом. Парень вдохнул его. Я видел, как туман потянулся и вошел в него.

Вдруг глаза адепта резко открылись.

Он повернул голову и взглянул на меня. В его глазах я видел лишь дикий страх.

Еще какие-то секунды парень смотрел на меня, и вдруг в одно мгновение превратился в кровавый фарш, разлетевшийся по пузырю.

Корсаков дернулся, недовольно скривил морду и шагнув назад.

Кокон исчез, и останки несчастного грудой упали на пол. Воняло дерьмом и железом.

Где-то на самом краю сознания, я услышал смешок. Или мне показалось?

— Факир был пьян, фокус не удался? — спросил я разглядывающего останки Корсакова.

Мне было жаль парня, но не страдать же по нему вечно. К тому же, он наверняка догадывался, что это не увеселительная прогулка.

— Думаешь, алкоголь мог как-то повлиять на процесс передачи? — задумчиво произнес Корсаков, обращаясь ко мне.

Ему как раз парня жалко не было. Для него это было сродни какому-то эксперименту. Не удалось в этот раз — получится в следующий. Даже не могу предположить, скольких людей он уже загубил.