Шанс для рода Шустовых. Том 2

В одно мгновение лицо главы рода изменилось.

В глазах появилось узнавание, затем злость, затем откуда-то выползшая радость. Неужели он так сильно тогда на меня разозлился, что до сих пор не простил той маленькой бравады?

Гончаров тем временем начал подниматься из-за стола, а я увидел нечто странное.

Пламя свечей превратилось из маленького язычка в горящий факел.

Лысый развернулся в мою сторону и принялся что-то нашептывать себе под нос, будто заговаривая огонь.

Резко взмахнув рукой, он собрал всё пламя со свечей и над его головой закружилось кольцо желто-красного света.

Анфиса Петровна испуганно попятилась и уперлась спиной в стену. Глянула на меня в поисках поддержки. А я стоял и смотрел, как заворожённый.

Мне и самому стало страшно. Нет не за себя, за комнату и весь постоялый двор. Когда под потолком закружилось кольцо пламени, я подумал, что деревянный дом полыхнёт, как спичка и пиши пропало. Даже выбежать не успеем. Интересно, магический огонь выжигает кислород?

С каждым мгновением пламя становилось все плотнее и плотнее приобретая вид горящего напалма.

Миг, и струя живого пламени рванула в мою сторону.

Я успел. Представил, как большой кокон охватывает сразу и Гончарова и все его пиротехнические эффекты. Представил и дал ментального пинка визуализации.

Кокон мгновенно возник и окутал незадачливого мага.

Самый кончик струи успел вырваться за переделы кокона, который я принялся сжимать до нормальных размеров.

Крошечная капля огня упала на деревянный пол и тут же принялась пожирать дерево.

Мадам подскочила и попыталась затоптать мани-костерок, но вскрикнула и отшатнулась. Заметалась взглядом по комнате в поисках чего-то.

Тем временем я все уменьшал и уменьшал кокон пока он не стал около метра в поперечнике.

Теперь пламя бушевало внутри, не причиняя Гончарову никакого вреда.

Я пожелал и кокон стал воздухонепроницаемым.

Анфиса Петровна нашла кувшин с водой и выплеснула его содержимое на разгорающиеся доски пола.

Огонь зашипел, сопротивляясь чужеродной стихии, но начал гаснуть и изошел на клубы пара.

Когда пламя в коконе начало спадать, я улыбнулся. Еще через пару секунд Гончаров начал с трудом вдыхать и хвататься за горло. Видимо, даже магическое пламя каким-то образом подчинялось физическим законам. Через полминуты глава рода стоял передо мной на коленях заточенный в кокон, который не способна преодолеть магия ни снаружи, ни изнутри.

Пламя совсем погасло. Глаза Гончарова начали закатываться, и он заскреб пятерней по ставшему плотным кокону.

— Ну хватит Никита Васильевич, отпустите его, — взмолилась мадам. — Не стоит начинать переговоры с убийства второй стороны. С кем говорить-то станем?

Я и сам собирался уже снимать щит.