Шанс для рода Шустовых. Том 2

Я вытащил кусок гранита из сумки и показал товарищам.

Примерно такого выражения лица я и ожидал. Больше того, очень хотел на него посмотреть. Полное недоумение и растерянность.

— И это все? — разочарованно произнесла Лушка.

— Всё, — сказал я и улыбнулся.

— Что это? — Настя была удивлена не меньше остальных.

— Предполагаю, что еще один артефакт с осколком духа внутри.

— О-о, — протянула Лешка. — И что он делает?

— Пока не ясно. Так же, как с остальными, — я веселился.

Не знаю, почему, но мне было действительно весло. Может от того, что все ожидали каких-то ощутимых ценностей в сейфе, а может просто от того, что там оказался булыжник. Будет вообще замечательно, если это окажется просто груз, который не давал свертку унестись в бескрайние дали мира духов. А самое ценное, что прятал мой отец была записка с любовным хокку. Вот тогда я точно посмеюсь.

Нам было пора выдвигаться. Нас ждал отряд прикрытия. Еще на берегу мы оговорили примерное время пребывания в доме. Мы с Афоней сошлись на том, что не больше часа. Примерно столько мы и провели внутри. Такой интервал был выбран для безопасности. Даже если кто-то нас заметит и решит доложить Корсакову, то его передовые отряды появятся у имения не раньше, чем через полтора часа с момента входа в дом. Таким образом у нас будет возможность безопасно свалить.

Мы вышли тем же путем, что и попали внутрь. Лушка прихватила какую-то одежду, что нашла по пути в разворочанном платяном шкафу. Набила ей свои сумки. Настя шмыгнула по пути в библиотеку и почти не задерживаясь подобрала пару каких-то томов. На мой вопрос ответила, что покажет мне их дома.

На восточном краю парка нас ждали. Отряд Степана почти в полном составе патрулировал периметр. Сам же новоиспеченный предводитель с одним из своих бойцов стоял на дорожке и ждал нас.

— Как обстановка? — спросил я, подойдя поближе.

— Кажется все чисто, — ответил Стёпа.

— Кажется или чисто? — насмешливо переспросил я.

— Чисто! — уверенно ответил боец.

— Тогда идем. Отзывай своих.

Степан повернулся к лесу, тонко и переливчато свистнул. Мне даже показалось в его свисте был какой-то мотив.

Я замер, как вкопанный.

Вот что мне почудилось в тех строках. Мотив! Какой-то знакомый ритм. Слова не те, но ритмика знакома. Вот только она была откуда-то из прошлого, словно из другого мира.

— Никита, с тобой все в порядке?

— Никита Васильевич, что случилось?

Я стоял и прокручивал в голове слова записки.

'Ветер должен что-то ответить.

Кажется, птица взмахнула крылом'

Эти две строчки. Остальное как-то на мотив не ложилось. Я мучительно вспоминал. Что-то крутилось в голове, не давая мне покоя.

Степан подошел и потряс меня за плечо.

— Все в порядке. Дайте мне минуту, — отмахнулся я.