Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Потоки внимания со стороны «свистунов» тянутся к Чимбулаку и непосредственно к стадиону. Могу назвать тех, кто занимается организацией акции.

— Их возьмут местные ребята, мы вмешиваться не станем. Главное — заказчик.

— Он заблокирован, а это означает, что его охраняют на всех уровнях.

— Ты имеешь в виду Баймухамета Ессеева? Не трогай его. За его спиной стоит местный Поводырь. Приеду, обговорим, как с ним работать.

— Что это ты такой агрессивный сегодня? Али городской смог так влияет?

Роман понял, что Олег Харитонович уже находится в Алматы.

— Смог здесь действительно мощный, хуже, чем в Москве. Недаром Алма–Ату называют одним из самых грязных городов мира.

— С атакой повременим, Поводыря вычислить надо. У нас ещё сутки, так что не спеши. Кстати, если уверен, что акция намечена на «Медео», не лучше ли тебе переехать в Чимбулак? Зара тебя поселит.

— Красивая? Или не понравилась?

Роман вспомнил милую, с грустинкой, улыбку Юны.

— Мне нравится моя жена.

— Это хорошо. Просто Зара — дочь Захарии.

— Тамерлана? — пробормотал Роман. — А Шехерезада?

— Шехерезада тоже дочь, но от другой жены. Так получилось. До связи, экзор, будь внимательней, пожалуйста. В дальнейшем будем держать связь через неяслух.

Голос Малахова растворился в трубке.

Роман посидел немного, размышляя над событийной стороной жизни координаторов «Триэн»: оказывается, ничто человеческое не чуждо и им, и у них случаются разные браки и разные дети, — потом позвонил Заре:

— Переезжаем в Чимбулак.

— Хорошо, Роман Евлампиевич, — ничуть не удивилась его решению дочка Тамерлана.

Роман собрал вещи, оглядел комнату, не успевшую стать «родной», и ему показалось, что зеркало в крохотной прихожей номера внимательно посмотрело на него.

Горнолыжный курорт «Чимбулак», расположенный в одноимённом ущелье на склонах Заилийского Алатау, понравился Роману с первого взгляда.

Построенный в тысяча девятьсот пятьдесят четвёртом году как спортивная база и трижды реконструированный, окружённый сверкающими под лучами солнца снежными склонами и вечнозелёными тянь–шаньскими елями, он производил впечатление ультрасовременной здравницы с новейшими постройками из стали и стекла, каковой, собственно, и был со времён проведённых здесь зимних Азиатских игр в две тысячи одиннадцатом году.

Ещё до Игр от Чимбулака до «Медео» была построена гондольная канатная дорога длиной четыре с половиной километра, гостиничный комплекс на четыреста мест, СПА–центр, ресторан и бутики, а после того, как заработали канатная дорога до Талгарского перевала, лыжная трасса до ледника Карлытау и школа горнолыжного спорта и сноуборда, а также подземный паркинг на две тысячи машин, комплекс вошёл в десятку крупнейших мировых горнолыжных курортов.