Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

— Я не посвящена, но кое о чём наслышана. Папа давал читать рукописи, старинные тексты. Не бойся, я вас не выдам.

Роман рассмеялся. У него было легко на душе.

— Я не боюсь. Но тебе надо быть осторожней в общении с другими людьми, даже с подругами.

— У меня их и нет почти. Ты ведь меня защитишь?

Он прижал жену к себе крепче.

— Слушаю, — сказал Роман в трубку немодного нынче айфона.

— Рома, привет, — послышался в трубке голос Афанасия Вьюгина. — Ты где?

— В Выборге, — лаконично ответил Роман.

— Ага, понятно. Тут, понимаешь, такой случай. Ко мне школьный друг приехал, Володя Шаповалов, он водителем на брестской базе ширпотреба работает…

Афанасий пересказал историю, пережитую Шаповаловым.

— Посмотреть надо, — сказал Роман, отстраняя жену. — Предупреди его.

— Понял, предупрежу. Прямо сейчас?

— Что случилось? — прошептала Юна.

— Интересный случай. Парень не помнит, где провёл сутки.

— С бодуна, что ли? — хихикнула жена, прижала ладошку ко рту. — Извини.

— Что будешь делать?

— Посмотрю дистанционно.

— Через Афанасия и так, непосредственно через ауру. Завари чайку свеженького.

Юна упорхнула на кухню.

Роман уселся поудобнее, настроился на выход из тела. Душа птицей рванулась в небо, распахнулась светлая даль, небо просияло голубизной, солнце — золотом. Он осмотрелся, поднимаясь всё выше и выше, определил направление, молнией проскочил до Москвы, нашёл дом и квартиру Афанасия.

Вьюгин проявился знакомым «цветком бледного лотоса», его собеседник по фамилии Шаповалов — разноцветным «куском мха».

Роман внимательно оглядел этот тающе–плывущий «мох» со всех сторон, осторожно раздвинул нити «мха», проник в «энергокактус» человека, сомневающегося в своей адекватности.

В голову ворвалась «толпа» шепотков и тихих голосков, создающих впечатление текущей реки.

Роман напрягся, отбиваясь от «мысленных речных струек», начал подсоединяться к каждой, ища нужные сведения.

Кто–то бросился на него из глубин «реки», злобный и агрессивный, как хищная рыба. Он с трудом увернулся, спешно наращивая «зубы» для обороны: это была программа защиты мыслительной деятельности Шаповалова, внедрённая в мозг неведомым ухищрением внешнего «программиста». Пришлось стать своеобразным «хакером», чтобы сразиться со «щукой» на равных. В конце концов Роман нейтрализовал программу и выбрался в более спокойную мысленную заводь, где кружились обрывки воспоминаний, впечатлений, ощущений и выполненных хозяином команд. Стало ясно, что Шаповалова использовали очень сильные пси–операторы, заставив помимо воли сделать дополнительный рейс из Бреста в деревню Березно за городком Кобрином, а уж потом вернуться на базу в Жабинку.