Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Что ж, мне теперь в Польшу не ездить?

— Езди, но будь внимателен, присматривайся ко всем несуразностям, замечай всё необычное, что случится в рейсе, и звони мне. Скорее всего к тебе в скором времени обратятся мои знакомые, от моего имени, помоги им.

— Чекисты? — криво усмехнулся Шаповалов.

— Чекисты, — без улыбки подтвердил Афанасий. — Договорились, дружище? Никому ни слова, даже жене.

— Да понял я. Вот понесла меня нелёгкая в Польшу!

— Польша здесь ни при чём. Шеха, заходи.

Впорхнула хозяйка, красивая до умопомрачения. И по взгляду Афанасия, брошенному на жену, Шаповалов понял, что его бывший однокашник влюблён в неё по уши.

Они посидели ещё полчаса за чаем, вспоминая смешные эпизоды из школьной жизни, общих знакомых и друзей, потом Афанасий проводил Шаповалова до метро.

— Помню, — помрачнел Шаповалов. — Если бы ты мне подробней объяснил, что за пиндосы водят нас за нос.

— Не пиндосы, люди похуже, а точнее, нелюди. Но об этом тебе расскажут другие специалисты. Будь осторожен, Володя.

Они пожали друг другу руки, и Шаповалов уехал.

Афанасий в задумчивости вернулся домой.

— Что у вас произошло? — встретила его вопросом Шехерезада.

— В Бресте появились наши злейшие друзья, — уклонился он от прямого ответа.

— АПГ? — прищурилась девушка.

Он наморщил лоб, смущённо улыбнулся.

— Всё время забываю, что ты дочь Тамерлана. В общем, что–то странное там происходит, буду звонить твоему боссу, пусть пошлёт туда группу. И всё, пора ложиться спать, а то завтра рано вставать.

Шехерезада поняла, что муж не намерен развивать тему.

— Как ты думаешь, твоему другу понравилась моя стряпня?

— Он признался, что есть не хотел, а начал — оторваться не мог.

— Правда? — обрадовалась жена.

— Ты чего? — сдвинула она брови.

— Анекдот вспомнил. «Милая, почему ты нарезаешь хлеб кусками разного размера?» — «Ты же сам вчера говорил о разнообразии в еде».

— Ах, так? — Шехерезада набросилась на мужа с кулачками. — Значит, я, по–твоему, плохо готовлю? Умею только хлеб нарезать?

— Что ты, я этого не говорил, — со смехом начал он сопротивляться.

Их борьба закончилась поцелуем…

Уже укладываясь спать, Афанасий с сожалением подумал, что с отъездом в Казахстан его спокойная жизнь после байкальского инцидента заканчивается.

Жизнь в Выборге убаюкивала. И хотя Роман продолжал занятия по альфа–гипнозу, пусть и с другим специалистом по нейролингвистическому программированию, не с Играевым, всё же бытие оставалось пресным, а ему хотелось идти дальше, что–то делать важное, ставить высокие цели и добиваться результата.

С другой стороны, руководство «Триэн» его не тревожило, новых заданий не выдавало, ничего не спрашивало, и Роман терпел, подозревая, что его проверяют на терпение и выдержку.

Юна оказалась идеальной женой.