Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Хотя я могу заняться и другими делами, к примеру контролем наркоторговли.

– Наркоторговля – не ваш уровень, экселенц. Ковчег вас вычислил, и это плохо.

– Что бы ни спланировал Ковчег, его координаторы всего лишь люди. С нами им никогда не сравниться. Хотя я подумаю о преемнике… если появится возможность перейти в Центр. У вас, кажется, сын закончил галактическую юракадемию?

Рептилоид понял намёк коллеги.

– Возможно, я смогу помочь вам занять достойное место в Центре. Однако возникла проблема, от решения которой зависит очень многое.

– Русские наткнулись на древний артефакт на дне Байкала. Знаете, о чём идёт речь?

– О Колыбели лемуридов, – улыбнулся Кочевник.

– Совершенно верно, об одной из уцелевших Колыбелей. Нельзя допустить, чтобы она досталась русским. Все лемурийские Колыбели хранили генофонд Второй расы и были оборудованы стационарными В–порталами.

– Разве у нас нет к ним доступа?

– К этой – нет, она законсервирована. Мы вообще не имели никаких вестей о её местоположении. Байкал образовался три миллиона лет назад на месте Ориан–крепости, на которую сбросили астероид. Но Колыбель устояла, а потом котловина заполнилась водой. Задачу понимаете?

– Так точно, Владыка, – привстал Кочевник. – В Улан–Удэ двадцать второго августа начинаются Дни культуры Казахстана, я лично поеду туда с помощниками, чтобы во всём разобраться на месте.

– Возможно, я тоже приеду, есть шанс дать концерт Брюссельского военного оркестра в Иркутске, а там недалеко и Улан–Удэ. Подготовьте на всякий случай визит. Вы там будете раньше.

– Как скажете, Владыка. Я приготовил ещё один отчёт по России…

– Почитаю позже. Ваша деятельность была весьма успешна… если не считать последних событий. Судя по отсутствию реакции российского общества на проводимые вами реформы образования, вам удалось подавить сопротивляющихся.

– Реакция есть, но мои агенты влияния действительно работают великолепно. Главное, что «свободой слова и поведения» мне удалось закамуфлировать этические запреты на любую умственную и эмоциональную деятельность. – Кочевник оживился, представляя себя чуть ли не наместником бога на Земле. – Мы создали общество, фантазии которого из виртуальной области практически переходят в реальную. Табуированность этих фантазий большинством россиян уже отвергается не только в компьютерных играх, но и в реальной жизни. Они с пеной у рта готовы доказывать, что, к примеру, садизм – это просто взрослые игры, что гей – нормальное явление, требующее легализации, что блядь – не блудница, от коего слова термин и произошёл, а сексуально раскрепощённая женщина, как, впрочем, и мужчина. А интуитивов, способных оценить и ограничить опасную «игровую» деятельность, в России ещё нет.