Шамиль

"

"В следующую секунду я получаю еще один удар в лицо, а после мою шею обвивают сильные руки, отрезая всякую возможность дышать. Я сопротивляюсь, брыкаюсь, пытаюсь выдавить из себя хоть слово, просьбу, мольбу о пощаде, но не выходит, не получаются даже хрипы, я могу только плакать в тот момент…

Сколько Шамиль держит меня за шею, я не знаю, перед собой вижу его взгляд, это уже не человека, передо мной зверь, скинувший шкуру и обличивший себя, явивший свою настоящую натуру. Черные глаза наполнены гневом, злостью, неприязнью и отвращением.

Меня спасает Бислан. Я не слышу его шагов, не слышу его криков, понимаю, что снова могу дышать, когда мужчина оттаскивает Цахаева от меня на приличное расстояние.

Обессиленно падаю на колени и все еще пытаюсь понять, что произошло, но не выходит. Горло саднит, перед глазами пляшут темные пятна, щеки горят огнем, с губы стекает кровь…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Почему?

Спустя три недели, я все еще ничего не понимала.

Я отчетливо помнила слова золовки о том, что Шамиль мечтает о детях. Возможно, конечно, от Зары он желал их больше, чем от меня, но ведь это не могло стать поводом, чтобы так отреагировать на мои слова о беременности? Или могло?

Шок. Я все еще прибывала в шоке. Да, мой муж показывал себя своенравным, моментами необоснованно агрессивным и даже жестоким, но у меня никак не желал складываться в голове этот паззл. Для таких как он, для его народа, чтящего традиции, обычаи и религию, дети были святым. Как Шамиль мог отреагировать на эту новость подобным образом?

Даже с учетом, что он не привязался ко мне так же сильно, как и я, все равно картина не желала складываться воедино. У нас ведь все было хорошо, я чувствовала, что я не безразлична ему. Он желал меня, он заботился обо мне, медленно, но шел навстречу, открывался, начинал доверять и даже прислушиваться к моим словам.

Откуда взялась такая злость, почему она возникла в считанные мгновения? Как объяснить его поведение?

Я пыталась. С того самого вечера, когда сбежала, в прямом смысле этого слова, бегом покинула злосчастную квартиру мужа и по сию секунду, я пыталась понять его мотивы.

Его разозлило то, что это было не запланировано? Но я точно помню наш разговор в моем кабинете, где он говорил, что хочет детей. Его разозлило, что беременна оказалась я, а не Зара?

Как же так?

В тот вечер я ушла из дома с одним лишь телефоном, и то, потому что он лежал в кармане. Наверное, это была судьба, что Игорь написал мне. Я не стала отвечать сообщением, перезвонила и, рыдая, рассказала о том, что произошло. Сбивчиво, спутанно, но все же.