Шаманка. Невеста слепого мага (СИ)

Другой вопрос — какой ценой для Фитоллии?

— Раньше драконы были мечтой, недосягаемой целью. Я хотела возродить их, чтобы войти в историю. Но если Франко Гвидичи знает, как вернуть драконов, то речь о реальном превосходстве, — рассуждала бывшая Верховная. — Ящеры должны достаться Фитоллии, иначе нас сожрут те же тёмные. Однако нельзя отдавать по куску земли каждому, кто может быть полезен! Наложи вето на её решение, пусть придумает другой способ заинтересовать слепого мага.

— Он есть, — Кеннет чувствовал, что идёт по тонкому льду, но не имел права останавливаться. На кону стояло слишком много. — Увечному Франко собственное государство очень быстро перестанет приносить удовольствие. Другое дело — глаза. Да, я рассказывал тебе, что мы всё перепробовали. Лекари бессильны. Но Синэрий — проклятый Светлый император. И в обмен на долгожданного младенца он само мироздание наизнанку вывернет. Повтори поисковый артефакт. Я уверен, ребёнок где-то рядом.

— В прошлый раз артефакт стоил мне возможности пополнять резерв, — напомнила ведьма. — А ещё наградил иммунитетом к целительской магии. Нет, Кеннет. Я не стану рисковать снова, пока вынашиваю сына. Но у меня есть две новости о проклятии Белого императора. Начать с хорошей или плохой?

— Дай угадаю, — настроение у главы клана испортилось. — Хороша новость — младенец найден. Плохая — он уже у императора?

— Ты пессимист, — улыбнулась она, поглаживая живот. — Нет, хорошая новость состоит в том, что я делаю гениальные артефакты, даже когда пытаюсь сделать пустышку. Обсидиановая пара должна была продлить жизнь Синэрию и отвлечь его от обмана. Но сделанный для него артефакт сработал на двести процентов. Младенец из предсказания Эльвиры нашёл меня сам спустя двадцать лет. И вот тут должна прозвучать плохая новость.

У Кеннета волна холода прокатилась по спине. Он лихорадочно перебирал в памяти всех известных ему детей, едва вышедших из пелёнок. Ни одно ведьминское пророчество ещё не принесло Клану Смерти добра. Откуп Синэрию — маленькая Фрейя? Или сын Сокола и Амелии?

— Говори, — процедил он сквозь зубы. — Кем ты предлагаешь пожертвовать?

— Портнихой твоей жены, — ответила Стана. — Младенец вырос за время поисков. Риль — ключ к проклятию императора. Я берегла её для критической ситуации. На случай, если Сарвальд объявит войну.

От накатившего облегчения ноги стали слабыми.

“Старею, — мельком подумал Кеннет. — Уже не так хладнокровно переношу сюрпризы”.

— И почему новость плохая? Девушку ждёт смерть?

— Дело в очередном предсказании Эльвиры.

— У меня скоро глаз начнёт дёргаться от одного имени твоей сестры по кругу, — признался глава клана. — Что на этот раз?

— Она видела весы. На одной чаше — жизнь, на другой — смерть.