Амулет сибирского шамана

Вы можете его повредить! Если он погибнет, это будет невосполнимая потеря для науки! Это будет непростительно!

Алевтину такой напор сначала не то чтобы напугал, но еще больше насторожил. Потому что была она женщиной не робкого десятка. Иначе как бы смогла она стать тем, кто она есть, – опытным врачом, практикующим хирургом, взрослой самостоятельной женщиной, обеспеченной, между прочим. А что, есть у нее своя квартира, отложено кое-что в банке, а главное – есть профессия, которая всегда востребована.

Кстати, она всего добилась сама, Александр помог ей только поступить в институт, договорился, чтобы приняли вне конкурса. А дальше, он сказал, действуй самостоятельно.

Так что вряд ли ее смог бы напугать такой человек, как этот Журавлев. Все же она отступила к двери и проговорила:

– Вообще-то я рассчитывала, что вы мне что-нибудь расскажете об этой надписи. Что это такое? На каком языке? Что значит? А вы вместо этого высказываете претензии…

Журавлев фыркнул, поморщился и проговорил с показным, ненатуральным смущением:

– Извините, конечно. Просто я, как ученый, как специалист, понимаю все значение этого артефакта. А вы человек, далекий от науки, и можете этого не понимать…

«Вот зануда! – подумала Алевтина, – Он, видите ли, ученый, а я – дура деревенская… я, между прочим, врач, и достаточно хороший! Меня все коллеги уважают! И вообще, при всем уважении к профессору Пальчикову, думаю, что он не очень хорошо разбирается в людях. В общем, зря я, наверное, сюда пришла, эта верста коломенская мне никак не поможет. Времени своего жалко».

Вслух она этого не сказала и только сухо спросила:

– Значит, сейчас вы мне ничего не можете сказать об этой надписи? Тогда я, пожалуй, пойду…

– Нет, постойте! – Журавлев испуганно заморгал. – Не уходите, прошу вас! Я не могу вас так отпустить!

– Что значит – не можете? Вы меня силой, что ли, будете держать? – она смерила Журавлева оценивающим взглядом.

– Нет, что вы… конечно, нет! Простите, простите меня за то, что я так на вас набросился! У вас есть удивительная, просто удивительная вещь! Эта надпись… Разумеется, я что-то могу рассказать и сейчас… вы любите кофе?

– Кофе? При чем тут кофе?

– Пойдемте, я угощу вас в нашем кафе. Там варят очень хороший кофе! Мы выпьем и поговорим.

Алевтина подумала, что чашка крепкого кофе ей сейчас и правда не помешает. И раз уж она сюда пришла – глупо будет уйти, так ничего и не узнав.

Они вышли из кабинета, Журавлев запер его и повел Алевтину куда-то в глубину института.

Они шли по одному коридору, по другому, поднялись по винтовой лестнице, спустились по другой, со скрипучими деревянными ступенями, – и оказались в большой комнате с деревянными панелями по стенам и резным деревянным потолком.