Шале

Нет, вместо этого вам приходится гнаться за ними в неподъемных лыжных ботинках, волоча за собой лыжи и палки — желательно при этом не заехать ими кому-нибудь по физиономии, — а заметив свободное место, которое выискивают все в очереди, запрыгивать внутрь.

Только пропустив три «пузыря», хоть мы и стоим первыми, я наконец умудряюсь сделать шаг — или скорее повалиться — в кабину, куда меня заталкивает Уилл. Я падаю, роняя на пол лыжи (и почему от них столько шума?). Уилл помогает мне подняться, пока парочка подростков подбирает мои лыжи и протягивает их мне с коротким «tenez, Madame[4]» и пренебрежительными взглядами."

"Подъемник карабкается вверх, и я мрачно созерцаю в окно роскошный пейзаж под прозрачным голубым небом. Не так я представляла себе этот отпуск! Конечно, я знала, что мы будем кататься, но думала, что это означает вставать поздно, возможно, заниматься сексом, съедать обильный завтрак, поданный официантами-французами в смокингах, потом немного упражняться в спуске под ярким солнышком, с чем я легко справлюсь, есть стейки с красным вином на ланч, развлекаться катанием на санях или задорной игрой в снежки, как в кино, отмокать в уличной джакузи и снова заниматься сексом на постели с меховым покрывалом, а потом отправляться на ужин с устрицами и шампанским в обществе какой-нибудь русской графини. Определенно, я пересмотрела фильмов про Джеймса Бонда.

Кабина вздрагивает, и меня на секунду охватывает паника при мысли о том, как она сейчас оборвется и рухнет на землю. Но нет, мы просто доехали до вершины и теперь надо вылезать. Я вываливаюсь на снег, используя палки как опору — слава богу, мои лыжи Уилл догадался взять сам. Выхожу следом за ним со станции канатки, щурясь на ярком солнце.

Это совсем не похоже на горку, где мы были раньше. Люди проносятся мимо на невероятной скорости. Откуда их столько? Мы что, будем кататься здесь? Меня точно переедут!

Уилл трогает мою руку.

— Ты как? Я понимаю, тут довольно людно, но не волнуйся — мы направимся вон туда, там есть склон поспокойнее, с бугелем, в сторонке от основного потока; там тебе легче будет привыкнуть.

Он показывает влево, где, ниже по склону, действительно катаются куда медленней (в основном это дети, хоть и постарше, чем на «волшебном ковре» с его, как я теперь понимаю, совсем крошечной горкой).

Киваю.

— Хорошо. И как мы туда доберемся?

— Хм… на лыжах?

Похоже, Уилл начинает сердиться. Хотя причина его раздражения понятна: обычно я не такая размазня, наоборот, первой рвусь в бой. Попробовать магический гриб, который кто-то нашел в лесу? Запросто! Прокатиться голой на велосипеде среди ночи? Да ради бога! Но сейчас все по-другому. Горнолыжный спорт — это страшно, а не весело.

Уилл кладет мои лыжи на снег и протягивает мне руку.