Шале

Врачи делают все возможное, но что будет дальше, пока непонятно.

Я киваю. Паника не отступает. Что, если он умрет? Или если другого найдут мертвым? По французским законам это считается убийством? Меня что, посадят в тюрьму? И почему я этого не знаю? Почему не озаботился проверкой, прежде чем открыл — нет, мы открыли — собственный бизнес? Тут нет моей вины, напоминаю себе. Я ни при чем.

— А что второй?

Полицейский мрачнеет.

— Поиски продолжаются, насколько позволяет погода, но, боюсь, шансов почти нет, согласны?

Я сначала мотаю головой, а потом киваю. Даже не знаю, что отвечать. У меня потеют ладони; вытираю их потихоньку о штаны.

— Вы не могли бы своими словами рассказать, что произошло с того момента, как вы встретились с этими двумя мужчинами, и до вашего звонка в службу спасения? — говорит офицер.

Я судорожно сглатываю.

— Хорошо. Так… я встретился с ними в три часа. Погода уже портилась, но они приехали всего на неделю, поэтому, как и большинство туристов, все равно хотели кататься.

Он кивает.

— Понятно. А раньше вы с ними встречались? Они подписывали договор?

Договор! Там же есть дисклеймер! Они подписали дисклеймер! Внезапно я чувствую себя гораздо лучше. Спасибо тебе, господи, что французы так любят всякие бумажки.

— Ну конечно, — говорю я, хотя вспомнил об этом только сейчас. — До этого они приходили к нам в офис подписать стандартный договор: имя, адрес, уровень владения лыжами, обычный дисклеймер, что они катаются на собственный страх и риск, контактная информация…

Я упоминаю о дисклеймере как бы вскользь, но офицер делает соответствующую пометку. Внешне я сохраняю невозмутимость, хотя внутри меня все ликует.

— Ясно. А вы не заметили ничего необычного?

— Нет, ничего необычного. Вот только они написали, что оба опытные лыжники, а на самом деле их уровень оказался гораздо ниже.

— Я вас понял. И когда это выяснилось?

— Как только мы начали спуск.

— Хорошо. И что вы сделали?

— Видите ли, они сказали, что хотят на бэк-кантри, но я понял, что им такое не под силу, да и к тому же, с учетом их опыта и погодных условий, это в любом случае была не лучшая идея, — добавляю я осторожности ради, хотя на самом деле просто поленился их переубеждать, да еще и боялся, что в такую погоду спуск займет целую вечность. — Поэтому я решил провести их по Черному коридору — знаете его?

Полицейский кивает.

— Официально коридор проходит вне трассы, но начинается и заканчивается у станций канатки, и он не особо сложный, поэтому я решил, что это будет компромисс — я обеспечу клиентам безопасность, а они получат то, что хотели.

Черт, не надо было этого говорить! Я ведь не обеспечил им безопасность. Но это не моя вина. Не моя вина.

— Понимаю.