Шайтан Иван 6

Просторная она, да и кладовок таких там — тьма. Ну а с кухни ход и во дворец открыт.

— Помещения запираются на ключ?

— Энто не ведаю, ваше благородие. Днем-то вряд ли, а вот к ночи… не скажу. Может и запирают.

Он помолчал вспоминая.

— Во-о… Там же, с кухни, вход есть на чёрную лестницу. До самого верху тянется. Я в первом этажу бывал, но люди сказывали — до кровли.

— Ладно, Антон. — Я пристально посмотрел на него. — Излагай, как будешь нас во дворец доставлять."

"Антон оживился, начал излагать свой план, простой и бесхитростный: спрятать нас троих в середину воза, под дрова; на хозяйственном дворе, пока будет разгружать, незаметно сойти под навес сарая, а оттуда — прямиком в помещение с тремя печами.

— Ваше благородие, к чему мудрить? — Он развел руками. — Истопники по черным ходам шныряют по всему дворцу, печи да камины топят. Я с перепугу и забыл! У них и притулиться можно. Объясните им, дескать, так и так. Их там трое обретается.

— Нет, Антон. — Я покачал головой. — Лучше в кладовку. Мало ли кто из них сболтнет лишнего — и конец всей секретности.

— Тоже верно, — согласился он. — Значит, в кладовку. А вот у истопников… — Он хитро прищурился. — У них дверь на ту лестницу имеется. Ходят они и ночью — догляд, то дров подбросить. Верное дело, через их проход пробраться можно и наверняка ключи у них имеются.

— Вот и славно, Антон. — Я кивнул, довольный его сообразительностью. — Если операция пройдет в тайне и удачно, — подчеркнул я, — будет тебе премию сверх уговора.

— Так не сумневайтесь, ваше благородие! — Антон расплылся в радостной улыбке. — Всё исполню, как уговорились. Уж я то расстараюсь!

— Вот и договорились. Ты когда собираешься дрова везти?

— Так после полудня, ваше благородие.

— В полдень будем у тебя.

Операция в целом прошла успешно, хотя и не без накладок — сроки подготовки были сжатыми. Первое серьезное препятствие возникло у истопников. Старший действительно имел ключи от всех дверей черной лестницы. Крепкие мужики попытались оказать сопротивление. Самый молодой, схватив тяжелый колун, бросился на меня. Поскольку мы ожидали подобного, я опередил его, отправив в нокаут точным, но не смертельным ударом. Двоих других обезвредили мои бойцы. Я попытался провести с ними беседу, но озлобленные истопники не поверили ни слову. Пришлось форсировать события и двигаться к императору раньше плана — в половине четвертого.

Переодевшись в форму фельдъегерей, мы стремительным шагом поднялись на третий этаж и направились к царской спальне. У золоченых дверей, словно изваяния, замерли два гвардейца. Их взгляды, холодные и оценивающие, скользнули по мне. Не медля, я достал из сумки пакет с сургучной печатью, ткнул перстнем в воздух перед самым носом караульного — и без стука распахнул дверь.