Шайтан Иван 5

Мне он невольно понравился. В нём чувствовалась не показная, а подлинная мужская твердость, основательность и скрытая сила, как у валуна.

— Зампотыл. Определить в казармы, переодеть, поставить на довольствие. Нач.штаба вооружить и снабдить, как пластуна. Программу обучения составлю сам. Ротмистр постройте личный состав на плацу.

— Слушаюсь господин полковник — Малышев выскочил из штаба."

"— Пошли смотреть на бойцов.

Малышев построил всех в шеренгу. Я молча шел вдоль, оценивающе осматривая каждого. Все не старше двадцати пяти лет. Было видно, что прошли тщательный отбор. Крепкие, поджарые. В умных глазах ожидание и вызов одновременно. Хороши, нет слов. Лишь последний, худой и нескладный. Взгляд потухший и равнодушный.

— Я, полковник, граф Иванов-Васильев. Командир отдельного пластунского батальона. С этого момента и до конца прохождения первичного курса, вы курсанты, и никто более. С планом обучения вас ознакомят позже. Никаких скидок и преференций. Не справляешься, отчисление. Возможно вы примите участие в боевых действиях в составе батальона. Прошу вас отнестись к обучению со всей серьёзностью. Вопросы? Вопросов нет. Ротмистр ведите взвод к месту расположения. Сегодня получаете обмундирование, снаряжение и помывка. Начальник тыловой службы хорунжий Фомин, все вопросы к нему. Командуйте ротмистр.

У нас с Лукьяновым затеялся разговор касающийся специального подразделения. Самое главное определились с его назначением, от этого зависела подготовка и программа обучения. Посетовал на то что немного не ко времени, но мы полагаем, а начальство располагает. Лукьянов озвучил требования к подразделению. Проведение силовых операций на территории Российской империи, на начальном этапе. Слишком общее желание, но в принципе понятно. У меня уже созрел план занятий с курсантами. Переместились ко мне в дом. Аслан доложил, что баня готова. Втроём отправились мыться. Какие деловые разговоры после бани. Ни мыслей, ни сил, спать!

Утром после завтрака полковник Лукьянов, немного смутившись, попросил меня о разговоре с глазу на глаз. Куликов деликатно удалился в ознакомительную прогулку по базе.

— Пётр Алексеевич, я должен передать личную просьбу генерала Бенкендорфа.

Я сильно напрягся.

— Со мной прибыл бывший прапорщик Семёновского полка, граф Муравин Константин.

— Это тот худой и стройный юноша со взором горящим, который так бросался в глаза на фоне ваших бравых парней.

— Да, это он, — вздохнул полковник. — Во время расследования польских событий и покушения на цесаревича, выявилась его связь с виконтом Кэмптоном, активное участие в клубе молодых патриотов России за конституцию и либерализацию законов, куча всего мусора и политического дерьма, под патронажем Кэмптона.