Шайтан Иван 4

ВЫСОЧАЙШИЙ УКАЗ

по Военному ведомству

№ 147

Санкт-Петербург

число, год.

Его Императорское величество Государь Император Николай Павлович

в воздаяние отличной храбрости и ревностной службы Войскового старшину Кавказского казачьего войска, Иванова Петра Алексеевича

Всемилостивейше пожаловать

орденом Святой Анны 2 степени с мечами и Императорской короной,

за успешное отбития нападения на Армянскую область Кавказского округа.

На подлинном Собственною Его Императорского Величества рукою написано:

«НИКОЛАЙ».

Император собственноручно повязал орден на шею.

Лоренс открыл следующий диплом и зачитал похожий приказ о награждении меня орденом Святого Владимира четвёртой степени с мечами.

Вот это оперативность, с удовлетворением подумал я в то время как император прикреплял орден у меня на груди.

— Служу трону и отечеству.

Бенкендорф стоявший в стороне, улыбался уголками губ. Награждение лично императором орденами да ещё за счёт казны, говорило о многом.

— Я доволен вашею службой подполковник, — на последнем слове он сделал акцент. — по заслугам и награда.

— Благодарю, ваше императорское величество, службою и делом оправдаю ваше доверие.

Николай кивнул.

— Подполковник, Александр Христофорович, хочет лично довести до вас некое известие.

Я поклонился, мы с генералом вышли из кабинета.

Кабинет шефа жандармов располагался в левом крыле Зимнего дворца. Когда мы вошли, начальник штаба генерал Дубельт поднялся со своего места, соблюдая строгий этикет."

"— Подполковник, — торжественно начал Бенкендорф, — имею честь сообщить вам высочайшую волю. Его Императорское Величество, в знак особого монаршего благоволения, соизволил пожаловать вас именным серебряным жетоном Отдельного корпуса жандармов. — Он сделал многозначительную паузу. — Эта награда есть видимое свидетельство доверия, которое оказывает вам самодержец Всероссийский.

Бенкендорф обвёл меня проницательным взглядом прежде чем продолжить.

— Но помните, подполковник, вместе с привилегиями жетон возлагает на вас особые обязательства. Отныне вы становитесь не только оком государевым, но и десницей его правосудия. Потому требуйте от себя вдвое больше, чем от других.

С этими словами он положил на стол лакированную деревянную коробку. Внутри на бархатной подушке лежал серебряный жетон с позолоченной каймой. Императорский орёл с хищно распростёртыми крыльями словно готов был взлететь. В тусклом свете кабинета металл отсвечивал холодным блеском.

Этот небольшой кусок чеканного серебра не просто награда. Это кандалы, навеки приковывающие к тайнам короны.

Мой взгляд скользнул по холодному металлу, никакого трепета, только тяжелое предчувствие. Пальцы непроизвольно сжались, будто отстраняясь от лежащей передо мной участи.