Пояс шахида

— Так что, хлопчики, честь нам оказали, — Седой опять цыкнул зубом и криво ухмыльнулся. — Вот так запанибрата общаться стесняются — Мирзу привлекли. Значит, дружелюбно целовать в сахарные уста не будут…

Сергей не выдержал — осуждающе покачал головой. Неприязнь к спутникам не проходила. Ну что за люди? С ними человек, у которого такое горе… В его родном городе, столице нашей Родины, между прочим, — полевой командир?! Нет, вы только послушайте, как это звучит!

Уроды — одно слово. Сердца у них нет. Посидели бы в плену — я бы на вас посмотрел… Особенно раздражал молодой симпатичный молчун: и не столько он сам, сколько его взгляд — тупой, бессмысленный, отрешенный какой-то от всего сущего. Натуральный зомби. Покажет Сыч пальцем на кого — убьет не задумываясь. Интересно, его мама родила или на фабрике отштамповали?

Про Мирзу, однако, намотал на ус. Если этот полевой будет присутствовать на «стрелке» и случится заварушка — объект номер один. Броситься, вцепиться мертвой хваткой, удавить и умереть с легкой душой, получив полкило свинца куда только можно. Славный враг — хорошая смерть…

Увы, Мирза на «стрелку» не попал. В планы Седого не входила встреча с ним и его командой. Потому Седой довольно долго забавлялся телефонными звонками, болтая переговорщиков по московским закоулкам и проявляя при этом прямо-таки феноменальное знание городских окраин.[37] В конечном итоге эскорт, состоявший из Мирзы с бригадой, отсекли от головной машины переговорного ядра каким-то «левым» «КамАЗом», сломавшимся в таком неудачном месте, что объехать его никак не получалось, а оттащить — только тягачом. Справа была крутая насыпь железной дороги, слева — глухая бетонная стена какого-то необъятного оборонного предприятия. В общем, объезд — минут двадцать. Или пешком. А собственно переговоры провели за десять минут. И ничего: разошлись, как планировал Седой.

— Мирзе передай — стареет, — на прощанье сказал «царю» Седой. — Пусть домой едет — баранов пасти…

За время дружеского ознакомления серьезного молодого человека с жизнью московской диаспоры Мирза частенько попадал в объектив его камеры. Пользуясь в качестве стартовой страницы информацией Седого, Сергей по крупицам собрал сведения, доступные, в общем-то, любому глазастому, ушастому и не в меру любопытствующему индивиду, и сделал некоторые выводы.

Клан Дадашевых прочно «сидел» в банковском деле.

Старший брат — Арсен — возглавлял холдинг «Конверсия», двое средних погодков — Рустам и Али — трудились в структурных составляющих холдинга, а младшенький — Мирза — отвечал за безопасность семейного бизнеса.

И не только семейного.