Наследник для Шаха

Но это в принципе невозможно. Сердце рвано бьется о ребра. Подкатывает тошнота. Кожу царапает взгляд Байсарова. В нем нет похоти. Я знаю, как выглядит одержимое желание подобного мужчины. С Шахом все было и раны на моей душе все никак не затягиваются, а мужчина не выходит из мыслей.

Поведение же Валида непонятно. Он меня спас. Сам сказал, что не тронет, а сейчас приказывает раздеться. Бред. Или какая-то извращенная проверка.

Кусаю губу, с силой вгоняю зубы в мякоть, прогоняю слабость и встаю, чтобы хоть как-то суметь противостоять мужчине.

— Я не буду раздеваться у вас на глазах. Отдайте форму. Я пойду в раздевалку и там переоденусь.

Ухмыляется. Кивает одобрительно.

— Какая интересная девочка мне попалась.

Пожимаю плечами. Отвечать на это не собираюсь. Но в черных глазах зарождаются смешинки, и мужчина перестает быть таким грозным и пугающим.

Оголяет белоснежные зубы. И это не виниры, как у Шпалы, а природная красота.

Отвечаю робкой улыбкой. Не ждал Валид, что пойму, что он меня тут не брать собрался, а просто хочет, чтобы от рванья избавилась и нормальную одежду надела.

— Ты отсюда в этом не выйдешь. Мне лишние слухи не нужны. Раздевайся. Надевай свежую одежду, — делает паузу, протягивает мне платье, которое я тяну из его ладони за самый краешек, чтобы не коснуться мужских пальцев.

— И не стоит дрожать как осиновый лист, красавица. Так и быть. Я отвернусь.

В глазах кавказца что-то вспыхивает. Он делает шаг назад и резко поворачивается, давая мне возможность разглядеть широченную спину.

Не смотрю на него долго, быстро опускаю взгляд и медлю. Страшно раздеваться перед мужчиной, который пусть и не смотрит на меня, но все равно у меня щеки горят от стыда и внутреннего отторжения.

Голой меня видел только Шахов. И с ним все было на эмоциях, чувственно. Я голову потеряла, а здесь и сейчас ощущаю только страшное смущение и страх.

Пока снимаю с себя одежду, понимаю, что мой лифчик разорван, но я не задумываюсь об этой утрате, времени нет. Быстро натягиваю платье, сжимаю в пальцах черную дешевую материю и прячу в карман.

Осматриваю свой бюст. Вроде не критично. Через мгновение, как заканчиваю с пуговицами, мужчина оборачивается. Валид смотрит так, что к месту прибивает. Энергетика бешеная.

Рассматривает меня молча.

— Я могу идти?

Вскидывает бровь, и я вынужденно продолжаю.

— Там рук не хватает…

— В зале ты больше работать не будешь.

— Увольняете? Я ведь не в зале работаю. Я посудомойкой… — осекаюсь, в принципе, уже понимаю, что Байсаров не захочет видеть проблемную девицу, из-за которой пришлось расквасить морду лица мажора.

Кусаю губы. Денег я так пока и не получила. Разве что аванс. Но этого мало. Я чувствую себя обязанной Тане. А сейчас… Опять безработная, опять искать хоть какую-то вакансию. Устала.