Шагая над бездной. Наследники магии

А уж если Диар станет следующим императором, то империя только выиграет. И во всем этом прекрасном раскладе имелся только один неприятный момент – для меня лично. Потому что платой за такое будущее для Кела и всей страны станут наши уничтоженные отношения, разбитая дружба… или, может, даже нечто большее, чем дружба. Ведь даже если он когда-нибудь меня простит, то доверять уже точно не сможет.

– Эли… – долетел до меня тихий сонный голос. – Ты снова плачешь.

Да уж. А я сама не заметила, что уже давно лью слезы. Они стекали по щекам, беззвучно капая на больничную пижаму Кела, рядом с которым я снова нагло улеглась. Вон, уже целое мокрое пятно образовалось. Поразительно, что только с ним я могла себе позволить вот такие моменты слабости… которых больше не будет.

– Что случилось? – снова спросил Клевер, легко касаясь рукой моей мокрой щеки.

Удивительно, но его движения теперь стали более привычными, не такими резкими. Да и голос звучал куда увереннее. А когда я приподняла голову и встретилась с ним взглядами, заметила, что в его зеленых глазах снова появились так любимые мной синие искры.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила я, подавив очередной всхлип. – Выглядишь лучше.

– Да и ощущаю себя не таким… беспомощным, – ответил, чуть улыбнувшись. – Даже силы появились и… кушать очень хочется.

– Это хорошо, – ответила я, искренне радуясь, что он пошел на поправку. Затем поднялась и… все же решила немного отложить прощание. – Сейчас… попрошу, чтобы принесли ужин.

И прежде чем Кел успел меня остановить, выскочила из комнаты, а после и вовсе вышла в коридор. Там сообщила лекарю, что его пациент пришел в себя, попросила у горничной принести еды и только потом, несколько минут потоптавшись у большого окна на лестнице, неспешно направилась обратно.

Когда вернулась, Кела в комнате не было. Но по звуку журчания воды, доносящемуся из ванной комнаты, поняла, что кто-то просто потребовал у лекаря отвести его… в уборную. Отсутствовали они довольно долго, но когда вернулись, стало понятно, в чем причина этой задержки. Все же Диар был тем еще чистюлей и терпеть не мог ощущать себя грязным. Потому, едва очнувшись, и попросил доктора помочь ему помыться. Уверена, тот пытался запретить, но… в итоге сдался.

Из ванной Кел вернулся, держась за лекаря и едва передвигая ногами. Он снова показался мне бледным и жутко уставшим, но зато в его глазах теперь отражались привычная спокойная уверенность и желание бороться. Когда доктор помог ему усесться в кровати, принесли ужин. Горничная хотела остаться и помочь столь дорогому пациенту справиться с едой, но тот лишь фыркнул и заявил, что в состоянии поесть сам. Кушал, правда, очень медленно, пару раз ложка даже выпадала из его ослабевших рук.