Шагая над бездной. Наследники магии

Дальше оставаться здесь было бы глупо. Потому, больше не сказав ни слова, такой же промокший насквозь Клевер взял меня за руку и потащил к тропинке, ведущей в город. А когда легкий дождик превратился в настоящий ливень, мы и вовсе перешли на бег.

Но перед тем как выскочить из леса на одну из улиц, Кел неожиданно остановился и вдруг, притянув меня к себе, снова поцеловал. Только теперь в этом поцелуе сквозила лишь нежность, а еще обещание и… забота.

– Чего бы ты там себе ни думала, ты важна для меня, – прошептал он мне в губы. – Ты нужна мне, Элира. Я не знаю, что будет дальше, не знаю даже, доживу ли до нашей следующей встречи, но прошу: береги себя. И знаешь еще что… ты права по поводу Ламилии. Во всем права. Мне с ней удобно, но это нечестно по отношению к самой Лами. Потому… когда ты вернешься сюда, все в наших с тобой отношениях будет уже совсем иначе.

– Тогда я обязательно вернусь… – проговорила я в ответ, а на моих губах растянулась блаженная счастливая улыбка. – Ты только… береги себя. И не лезь на рожон.

Обмен пленными проходил… скучно. Почему-то я представляла себе это мероприятие более торжественным, пафосным, с долгими выступлениями и высокопарными речами. На деле же все выглядело просто и банально. С нашей стороны прибыли сорок магов, не считая нас с Олитом. Со стороны имперцев присутствовали около пятидесяти миторов, ну и, как ни странно, сам министр внутренней безопасности Вилм Галирон. А вот императора не было, хотя, наверное, он просто не смог найти время из-за собственной занятости, а может, причина его отсутствия в чем-то другом.

Представители властей выстроились ровными шеренгами и выглядели при этом будто на параде. А вот маги… единой формы, конечно же, не имели и были одеты кто во что. Стояли группками, строиться даже и не думали и вообще со стороны больше напоминали шайку разбойников, но своего предводителя все равно слушали беспрекословно.

Сначала в центр площади вышел митор Галирон, сопровождаемый двумя бойцами. И если в руках одного был пистоль, то второй тащил целую стопку каких-то папок. Кел же отправился навстречу министру в сопровождении Эта, и никто даже не удивился тому, что лица их обоих были наполовину закрыты черными платками.

Говорили парламентеры недолго, и к сожалению, сидя вместе с Олитом в анатарии, слышать их разговор я не могла. Спасибо хоть видела, и то хорошо. После, повинуясь жесту министра, молодой митор передал папки Этари и ушел куда-то. А спустя несколько минут вернулся в сопровождении двадцати заключенных.

В большинстве своем все они оказались довольно молоды, самому старшему я бы на вид дала не больше тридцати пяти. Были среди них и мужчины, и женщины, но что объединяло всех этих людей – это одинаково изможденный вид и связанные руки.