Шагая над бездной. Наследники магии

Но когда спустя бесконечное количество времени устало двинула головой, с удивлением увидела, что один из высоких всполохов повторил мое движение. Это показалось мне странным, но неожиданно правильным. Тогда же попробовала приподнять руку и с удивлением уставилась на выросшую передо мной огненную волну.

По всему получалось, что окружающий огонь повиновался моим движениям, он повторял все, что я делала. Вот только погасить его у меня не получалось никак. Зато вскоре я узнала, что он меня не жжет. Совсем. А прикосновение к нему больше напоминало касание мягкой шерсти.

В мыслях вдруг промелькнул образ большой кошки, и не успела я опомниться, как ставший покорным огонь вспыхнул сильнее, собрался в единый огромный факел и, полыхнув оранжевым, обернулся в животное с хвостом и четырьмя лапами. Это создание отдаленно напоминало кота и, кажется, даже мурчало… как-то особенно приветливо. А потом оно потянулось, поджало пылающие уши и вдруг прыгнуло прямиком на меня. Я же поймала его, только когда оно вцепилось когтями в мою кожу. Обхватила руками, собираясь отпихнуть, но неожиданно почувствовала родное тепло. Этот странный кот будто являлся… мной. У нас с ним даже мысли и чувства оказались общими. Я ощущала его, как саму себя. Но что самое удивительное, он признавал меня хозяйкой. Он был готов слушать меня, помогать мне… Он покорился, разглядев во мне ту, кого посчитал сильнее. И вдруг… растворился в моих руках. Растаял… Пропал… И только в области сердца стало особенно тепло.

Это пробуждение смело назвать одним из самых приятных в моей жизни. На самом деле впервые на собственной памяти я проснулась в хорошем настроении. Утренний свет Селимы заливал всю комнату, но сегодня совсем меня не раздражал. И даже наоборот. Хотелось улыбаться, желать всем счастья или просто подняться и танцевать прямо на постели.

Створки окна оказались распахнуты настежь, и через них с улицы доносились звуки проснувшегося города. Они так манили, что я все же отбросила край тонкого пледа, которым была укрыта, и рванула к подоконнику. А там попросту уселась прямо на его широкую поверхность и с наслаждением вздохнула запах утренней свежести.

Боги Семирии, как же замечательно! В жизни не ощущала себя настолько живой, настолько свободной, счастливой. Еще никогда я не была настолько собой.

– Проснулась, красавица?

Этот голос оказался мне незнаком, но даже слыша в нем нотки явного недовольства и презрения, я просто не могла воспринимать их всерьез. Слишком мне было хорошо.

Обернувшись, я с удивлением посмотрела на стоящую в дверях черноволосую особу и не нашла ничего лучше, чем приветливо ей улыбнуться. Она оказалась невысокой, дородной и производила впечатление крепкой деревенской девушки.