Шаг в палеолит

Это дорогого стоит.

Скользя внимательным взглядом по нам всем, он всё время, непроизвольно, задерживался на Сильвере. Парень явно понимал, что этот огромный человек на странной неживой ноге – одних с ним кровей. И это сильно сбивало его с толку.

Все молчали. Парень – потому что вряд ли что-то вообще мог сказать в этом случае. Племя – потому что ждало. Вождь будет сейчас говорить о важном."

"– Я не буду спрашивать, как тебя зовут. Если и было у тебя имя, то по вашим законам, теперь ты его потерял. Я не буду спрашивать, откуда вы пришли и почему. Я приблизительно догадываюсь, что могло произойти. На ваше племя, скорее всего, напало более сильное племя. Вы сражались, но проиграли. Остатки бежали, долго скитались. – Я заметил, как парень слегка поёжился. Значит, в общих чертах угадал, что, впрочем, с помощью таких аналитиков, как Хатак и Сильвер, было нетрудно. – Детали не важны. Важно другое. Вы пришли к нам. И не как друзья. А как враги. Я уже говорил одному из ваших стариков: приди вы как друзья, мы вам помогли бы. Он не поверил. Ты тоже в это можешь не верить, хотя это именно так… И всё случилось так, как случилось. Мы оказались сильнее. Я знаю, если победили бы вы, вы нас сожрали бы. Словно дикие звери. – Я слегка помолчал. Молчал и парень. – Теперь нужно решать, как быть с тобой. Ты выжил в бою, значит, так было угодно стихиям. Для чего? Может, для того, чтобы мы тебя тоже съели?

Парень слегка напрягся. Вильнув взглядом на Сильвера, он неожиданно ответил глуховатым голосом:

– Маленькие Люди не едят ни Маленьких Людей, ни Истинных.

– Истинных? – понимающе покивал я. – Ну да, ну да. Знаю, как вы себя называете. Истинные! Как же! – Я смачно сплюнул, а Хатак криво улыбнулся. – Но ты прав. Мой истинный друг, мы не едим людей. Никаких. Ни истинных, ни ложных. Но вот у нас в племени есть некоторые, кто может вырвать сердце поверженного врага и сожрать его… Я и сам, – угрожающе подался я вперёд, – тоже так делал!

Парень побледнел. Проняло. Говорить, что ел я сердце медведя, конечно, не стал. Но и сильно пугать у меня задачи не стояло.

– Я говорю и хочу, чтобы ты услышал меня. У меня нет злости лично к тебе, я чувствую, ты не такой, как тот старик, с которым я общался. Я даже уверен, и другие люди племени это чувствуют. – Я поглядел на або Светлый Ручей, и она чуть-чуть качнула головой. – Поэтому у тебя есть два пути… Когда твои раны заживут, мы дадим тебе оружие, одежду, еду, и ты волен будешь идти куда угодно… И другой путь. Ты можешь остаться с нами. Ещё раз повторю. К тебе у нас нет ненависти, злобы и презрения. Пока лечишься, походи, посмотри, как мы живём, подумай. Надеюсь, ты не станешь делать глупостей.

Парень сдержанно кивнул.

– Вот и хорошо. Теперь тебя покормят. Чуть-чуть.