Шаг во тьму

Я был прямо перед ним, в жалких десяти метрах. Идеально, освещенный, посреди совершенно пустого холла. Ни на полу, ни на стенах – нигде нет ничего, за чем можно было бы спрятаться…

В спину уперся Шатун – мои пальцы, оказывается, все еще стискивали его плащ, хотя я давно забыл.

Сука опять вцепилась в меня…

Кавказец… Я словно вечность стою здесь, перед его ружьем, распятый как бабочка перед булавкой энтомолога…

Надо уйти, но мысли в голове путались. Вправо, влево – тут везде светло и негде спрятаться, он достанет меня, расстреляет, как в тире. И назад не дернуться – там Шатун, давая на мою руку, сгибая ее, все ближе ко мне, все еще двигаясь следом… А мое собственное тело, словно чужое. Холодные нити в голове, отрывающие меня от тела, рвущие на кусочки…

Время стало медленным и густым, движения кавказца казались чудовищно, неправдоподобно медленными, но мои мысли были еще медленнее. Осталось только удивление, что я ничего не могу сделать. Никогда не думал, что я, охотник на тех, кто сильнее людей, умру вот так вот – уставившись на нацеленное на меня ружье, словно загипнотизированный удавом кролик.

Я чувствовал, что должен что-то сделать. Что-то изменить. Спастись! Только дальше мысль обрывалась. Я был гостем в своих мыслях… Гостем, от которого оставалось все меньше и меньше. Меня лишили возможности управлять собственным телом, лишили возможности сообразить, что надо сделать, чтобы спастись, а теперь добрались и до моей воли. До того, что я хотел сделать. Меня стирали кусок за куском, пока совсем ничего не останется…

Пальца кавказца на спусковом крючке не видно, но выше на руке, под кожей дернулась жилка, заставляя палец тянуть крючок. Вот и все…

Что-то ударило меня сзади, я рухнул вниз, и что-то ужасно тяжелое обрушилось на меня сверху, вместе с оглушительным грохотом выстрела. В глаза брызнула вспышка. С треском лопнуло деревянное позади – закрытая половинка входных дверей получила заряд дроби.

Эхо выстрела прыгало между стен из оштукатуренного камня, звеня в голове. Я вдруг понял, что еще жив. И, что еще важнее, я – снова я. Холодные путы в голове пропали. Мои мысли, мои желания, мое тело снова были моими.

Шатун скатился с моей спины, я смог приподняться и уперся взглядом в кавказца.

Если он и был разочарован или удивлен – я сам едва верил, что еще жив! – в его лицо это не просочилось. Рука с ружьем дернулась вперед и назад. Клик-клик. Новый патрон на месте.

А я, приподнявшись на руках, глядел на него с пола. И Шатун слева от меня, тоже еще не вскочивший с пола. И где-то сзади Виктор. Вот кто толкнул Шатуна, свалил его на меня.

Я не видел, угадывал его самым краем глаза: Виктор замер в дверном проеме, растопырив руки. Идеальная мишень.